Продюсеры отдают за кино квартиры

По состоянию на 2009 год продюсер Александр Роднянский запустил самый дорогостоящий российский проект последних лет: две части фильма "Обитаемый остров". Еще одна его работа - "Россия 88", задуманная как кино для широкого экрана, приобрела черты кино "не для всех" – прежде всего, из-за несложившейся прокатной истории. Дни.Ру на "Кинотавре" расспросили Александра Роднянского о том, чем в России рискуют продюсеры, делая фестивальное кино. - Продюсер может быть человеком, который "насаждает вкусы"? - Когда некий человек, скажем, я берет на себя функцию "насаждать вкусы", это значит, что, во-первых, я считаю себя вправе это делать, что, честно говоря, несильно порядочная позиция, а во-вторых, давайте не будем говорить лукаво: никто никаких вкусов не насаждает. Есть артхаус, есть сложное авторское кино. Вы хотите его делать, вы считаете для себя это важным – вы отдаете себе отчет в том, что это не является принципиальным бизнесом.

- Насколько сегодня продуктивно делать ставку на артхаус, даже в долговременной перспективе? - В России нет необходимой для существования кинематографа параллельной системы проката. В профессиональной американской прессе вы увидите selected cinemas – ограниченный прокат это называется. Это означает, например, что в каких-то определенных залах в мультиплексе постоянно показывают артхаус. Допустим, на 100 экранов. Это называется рынок – совокупность денег, затрачиваемых потребителями на приобретение билетов или dvd. У нас нет этого рынка. Самое глуповатое в отсутствии рынка - делать дорогое кино. Огромное количество продюсеров исчезло из поля зрения: сделали 1-2 фильма – артхаус за 2-4 миллиона долларов – и пропали. - Но ведь в Европе, кажется, артхаусу отведено едва ли не центральное место. - Нам часто приводят в пример Европу, думая, что европейский кинематограф существует на территории искусства в силу человеческих предпочтений и такой ответственной позиции авторов. Нет. Просто европейский кинематограф не может противостоять большому американскому аттракциону. Давайте так скажем, жестко: американцы – чемпионы в этом виде спорта. Более того, американская индустрия очень умна, и она рекрутирует постоянно таланты со всего мира и из независимого кино в том числе. Существует "Санденс" (Международный фестиваль независимого кино в США, - прим. Дней.Ру), чтобы находить там талантливых людей. Альфонсо Куарон делает "Гарри Поттера", поэтому Гильермо дель Торо делает "Блейд-2" и "Хеллбой-2" и поэтому Кристофер Нолан делает "Темного рыцаря". Соответственно, раз вы отдаете себе отчет - вы делаете так, как это происходит в Европе: в рамках ограниченного бюджета каким-то образом собираете деньги. И с государства, и с телевизионных каналов, чуть-чуть своих – понимая, что вы за них отвечаете. Либо вы пытаетесь разделить риски. В Европе понимают, что авторский кинематограф – это территория обитания, принципиально важная для европейского кино. И там создали систему фондов и приоритетов: у вас бюджет миллион, есть партнер в Бельгии, во Франции, в Голландии, который вкладывает в ваш проект столько-то, а потом вы в его столько-то – это позволяет за тот же миллион сделать три проекта. Один провалился – два выстрелило, два провалились – один выстрелил. - Складывается идеальная система – есть у нее изъяны? - Самое чудовищное - когда мы делаем за одни и те же деньги один проект, а он проваливается. И вы – исчезли. Вас нет. Вы в долгах, в банковских кредитах, у вас заложена квартира. И вы ее отдадите – поверьте, много таких случаев.