В первый конкурсный день "Кинотавр" лоб ко лбу столкнул режиссеров Ивана Вырыпаева и Ивана Дыховичного, выступивших с картинами "Кислород" и "Европа-Азия".
Дни.Ру из двух Иванов выбрали фаворита.
"Кислород"
О чем: Гопник Саша (Алексей Филимонов) из провинции повстречал курящую гашиш рыжеволосую девочку Сашу из Москвы (Каролина Грушка). Сразу в нее влюбился и поцеловал, осознав, что Саша из Москвы слеплена из кислорода. Саша из провинции даже не догадывался, что один его друг по имени Санек недавно замочил лопатой собственную жену, когда мельком увидел рыжеволосую Сашу из Москвы.
Результат:Иван Вырыпаев появился на московской сцене пять лет назад, и уже тогда спектакли иркутского умельца в "новодраматическом" Театре.doc вызывали ажиотаж. Вырыпаевские "Кислород" и "Бытие №2" показались зрителю, уставшему от иносказательности и символизма академиков, глотком свежего воздуха. Иные же отнеслись к претенциозным постановкам с прохладцей, однако питали надежду, что
экранизация "Кислорода" проведет над сценическим действием работу над ошибками.
Балом разношерстной публики, не испытывающей сочувствия и не знающей совести, правит героиня Татьяны Лазаревой
Кое в чем последние оказались правы. Герои обрели лица, ситуации – натурные съемки, а действие – цвет и возможность нажать "реверс". Шар высказываний о Боге, любви и совести наполнился воздухом, словно мыльный пузырь. Правда, за очевидными преимуществами и красотой планирования мыльных пузырей вскоре потянулась и тяжелая грязная пена: прелесть и бич крупных планов в том, что смысл, о котором так много толковалось в постановке, утрачивает свою природную эфемерность и самого себя в конечном итоге.
Вот и получается, что играть на ощущениях у Вырыпаева выходит только в плане картинки, что вместе с титрами в духе "от любви до ненависти один шаг" трансформирует фильм в затянувшийся видеоряд замечательного социального клипа. Да и сам автор, кажется, не стесняется такого подхода и наталкивает на эту мысль, разделив свой экранный "Кислород" на саундтреки. Шестой трек, продемонстрированный в самом конце фильма, служит ключом: герои, прожившие с нами до конца, уже в середине, оказывается, были убиты.
"Европа-Азия"
О чем: Где-то на Урале, где условная граница отделяет европейскую часть России от азиатской, вкопан в землю похожий на могильную плиту и такой же условный памятник "Европа-Азия". Здесь собираются профессиональные бродяги, которые уже не один день играют свадьбу, разбившись по ролям: теща, жених-инвалид в коляске, невеста в меховом манто, пара свидетелей. Балом этой разношерстной публики, не испытывающей сочувствия и не знающей совести, правит Мама (Татьяна Лазарева). Вместе им предстоит встретить и сбить с пути не одного путника - и промоутеров из фургона с водкой, и оборотня в погонах, и даже восточноевропейский самолет со стюардессой и пилотом, напевающими матерные песенки. Место это - наша страна.
Результат: Режиссер Дыховичный напоминает смекалистого огородника, умудряющегося в своей картине "Европа-Азия" насечь тяпкой сразу и полынь, и морковь, но с добрым умыслом – чтобы они, наконец, подружились. Даже и действие фильма, снятого по мотивам пьесы братьев Пресняковых, происходит на границе миров – где-то на трассе Урала. Там – рабочая "точка" выдающихся попрошаек, дослужившихся по карьерной "лестнице" до чинов свадебной четы.
Старший коллега Вырыпаева также прибегнул к народным присказкам и социальным лозунгам в картине "Европа-Азия". Только, в отличие от беспорядочного ширли-мырли "Кислорода",
лыковые волокна просторечий здесь легко вплетаются в абсурдистскую эклектичность происходящего. Глядя на легкую походку героини Татьяны Лазаревой, представляющую ни больше ни меньше Родину-мать, зритель может припомнить натужные усилия серебренниковского "Юрьева дня", отправившего персонажа Раппопорт мыкаться по тюрьмам. И, возможно, хохотнуть про себя - хотя на экране "Европы-Азии" довольно будет эпизодов, над остроумием которых приятно посмеяться в открытую.
Фильм Дыховичного обладает всеми свойствами замечательно разыгранного театрального действия: единство времени, места и действия. Произведение Пресняковых –
реинкарнация Беккета и Ионеско, отлично сочетающаяся со свадебно-похоронной повествовательной манерой Дыховичного. Сегодня, как и сотню лет назад, театр является трибуной настоящего, и, если какая-то сцена способна будет уместить всю эту разношерстно талантливую толпу героев "Европы-Азии" в свой ковчег, не это ли можно считать актуальным искусством?
