Эта опера была последней, поставленной при жизни автора – Вольфганга Амадея Моцарта. Она же считается самой исполняемой в мире. Казалось бы, ну чем еще можно удивить, когда сюжет хорошо известен?! Но придуманное Эмануэлем Шиканедером либретто о приключениях птицелова Папагено, Королевы ночи, волшебника Зорастро и влюбленной Памины все равно оставляет простор для фантазии постановщика.
Режиссер Илья Ильин (это его шестая работа в "Геликоне") отправил героев оперы Моцарта в путешествие по причудливому фантазийному миру – луна-парку. И борьба мужского и женского миров разворачивается на фоне любимых с детства аттракционов и забав. Но здесь все призрачно – преследующий Томино змей оказывается поездом на американских горках, огромный стакан с попкорном – троном Королевы ночи, а детская карусель – Храмом мудрости.
Такое решение было найти непросто. Но эта сценография, придуманная Сергеем Кузнецовым (да-да, главный архитектор Москвы, который не первый раз работает в "Геликоне") и Агнией Стерлиговой, вполне оправданна, ведь сам сюжет этой мистической оперы предполагает вариативность визуального ряда, двоякость трактовок и глубину погружения.
Художник по костюмам – сияющая латексом на лучших вечеринках города киберпринцесса Саша Фролова. Та самая, что в 2003 году устроила нашумевший перформанс в Третьяковке под названием "Кабачковая снежинка, или История об исчезновении буквы "Ч" – в костюме, обклеенном сотней яиц, падала навзничь на пол. Теперь же ученица кудесника Андрея Бартенева, работающая в жанрах перформанса и скульптуры, создает на сцене "Геликона" мир, где царствуют увеличенные в разы роботы-трансформеры и надувные куклы. Она показывает человеческие пороки и страхи в мультяшном преломлении. "Мне кажется, у нас получился уникальный проект, в котором удалось синтезировать работы художников из разных сфер, – говорит Фролова. – Получился взрывной коктейль. Когда я вижу, как это красиво, у меня мурашки по коже".
Мурашки, конечно, и у зрителей. Хотя некоторым может показаться, что создатели спектакля излишне увлекаются внешними эффектами, что форма для них важнее содержания. Но режиссер-постановщик считает, что элементы шоу изначально были заложены в самой партитуре оперы. "Моцарт не бывает скучным, и он, и Шиканедер стремились к внешним эффектам", – уверен Илья Ильин.
"Волшебная флейта" – это, пожалуй, самый сумасшедший аттракцион, который можно придумать. А ощущения от спектакля, эмоции и драйв, которые получают зрители, сродни тем, что испытываешь на американских горках – даже когда сходишь с них, внутри еще все долго бурлит.
