"Сын Саула": право на смерть

О чем. Саул Аусландера (Геза Рериг) – член зондеркоманды в Освенциме. От большинства обреченных его отличает красный крест на спине, означающий, что в газовую камеру его обладатель попадет не сразу, а спустя три-четыре месяца работы в лагере. Такие, как Саул, мыли газовые камеры, сжигали трупы и делали все то, что немцы считали делами грязными, их нации не достойными. За черную работу в пекле ада зондеркоманды жили в отдельных бараках с намеком на воду и еду, но по прошествии срока эксплуатации с ними обходились так же, как и со всеми – отлаженный механизм утилизации человека (того, что от него осталось после выбивания всего человеческого) работал без перебоев и исключений. Среди тел узников Саул находит мальчика, напоминающего ему сына (или, возможно, далекую мечту о нем), и с тех пор заключенный одержим идеей похоронить ребенка по иудейским традициям, а для этого нужно найти раввина. Герой прячет труп и ищет того, кто выполнит нехитрый ритуал, который здесь кажется даже не роскошью, а сказкой из забытого мира, пока его сокамерники готовят восстание. Где мы это уже видели. Тема, глубина, настроение и даже количество наград ставят картину Немеша в один (то есть в первый) ряд с культовыми фильмами, а самого режиссера возводят в ранг если не гениев, то Мастеров с узнаваемым кинопочерком. Фильм основан на реальных собятиях, в его основе "Свитки Освенцима" – дневники сотрудников зондеркоманды, найденные после войны. И в этом ключе уместно вспомнить "Список Шиндлера", историю немецокго предпринимателя, спасшего от смерти около тысячи евреев, и "Пианиста", снятого Полански по автобиографиии Владислава Шпильмана. Говоря о родственных шедеврах, нельзя забыть и о трагикомедии "Жизнь прекрасна" Роберто Бениньи (там, правда, сын не мнимый, но так ли это важно?), и о проникновенной истории о матери двоих детей, поставленной перед чудовищным выбором, "Выбор Софи" (с молодой Мерил Стрип в главной роли). Что нового. Поклонник Антониони и Тарковского, Немеш снимал на 35-миллиметровую пленку, что само по себе дань традиции. Однако способ съемки (зритель чаще всего видит затылок главного героя, а остальное – фрагментами, обрывками, частями) – очевидная дань современности с ее любовью к съемкам от первого лица и слегка трясущейся камерой, которая у тебя (будто) в руке. Ад, свернутый до внутреннего мира, впрочем, от этого не теряет, а может быть, и выигрывает в масштабе. Когда глаз не отвлекается на панорамы (да и панорамы чего – мертвых тел? Лагерных бараков?), идентификация себя с узником происходит мгновенно, и совсем необязательно видеть весь этот ужас – он проникает внутрь, даже если зажмурился, пытаясь скрыться и вспомнить, что все это закончилось и вообще происходило не с тобой. Но от этого ада никуда не убежать: если зритель наделен хотя бы зачатком эмпатии, тяжесть и ощущение того, что происходящее на экране – это несправедливое, не поддающееся объяснению, логике, рассудку вопиющее зверство, будет мучить все 107 минут. "Сын Саула" – это почти документальная пытка разума.

Ненадолго убежать удается героям, задумавшим восстание: зеленые деревья и воздух в кадре дают на секунду вздохнуть и по эту строну экрана. Однако воздухом, не пропитанным запахом сожженных тел, сбежавшие дышат лишь несколько минут. Последние несколько минут в их жизни, или – несколько минут жизни в капкане смерти, сотворенном, страшно подумать, сынами человеческими. Сама навязчивая идея Саула тоже есть жизнь, точнее такая же попытка жизни напомнить о себе. Только хоть сколько-нибудь живой человек может почувствовать и вспомнить атрофированные мышцы души, хотя, казалось бы, какой парадокс – спасать мертвеца, рискуя теми, кто еще ходит. Но огромная, бездушная, отлаженная с немецкой точностью машина смерти не сломается из-за повернувшегося не в ту сторону винтика, она сотрет его в порошок, просто это произойдет чуть раньше, чем написано в плане. "Сын Саула" – это зрелое, вдумчивое, большое кино. Кино, которое должно быть и которое надо видеть, кино, поражающее сознание и порождающее жгучий стыд за поступки сынов человеческих, ставших прецендентами для подобных картин.