Самые необычные десерты в Москве

Шеф-кондитер заведения Магомед Бабаев рискнул предложить столичным жителям блюда из азиатских ингредиентов, но выполненные с учетом европейских техник и приемов. Своеобразный компромисс для тех, кто не причисляет себя к любителям азиатской кухни и даже в Японии просит приготовить стейк. Так, в шоколадно-трюфельный торт здесь добавляют имбирь, молочное желе заворачивают в рисовую бумагу, мильфей готовят из корня лотоса, а крем-брюде – из креветок. На вкус весьма необычно, но вот приживется ли в Москве, где открывается все больше ресторанов простой кухни, предлагающие привычные и понятные российскому потребителю блюда? На этот вопрос кондитер ресторана прямо ответить не берется, но зато говорит о том, для кого предназначены его кулинарные эксперименты. "Мой идеальный клиент такой же, как и я, – творец и экспериментатор. Он постоянно ищет новое и охотится за интересными гастрономическими сочетаниями", – уверяет Бабаев, смело сочетающий холодное, горячее, сладкое, пряное и острое в одном десерте.

Владельцы ресторана дают своему кондитеру своеобразный карт-бланш, тем самым в очередной раз подчеркивая, что Ginkgo – ресторан если не для избранных, то точно не на каждый день. И действительно, если день ото дня есть только торт с имбирем, то рано или поздно вас потянет на милый сердцу медовик. Или крем-брюле из креветок перестанет казаться чем-то из ряда вон и быстро надоест.

Пока Магомед – единственный в столице кондитер, кто пошел на столь смелые кулинарные эксперименты, и это дает ему большое преимущество у любителей новаторства. Окупится ли такой риск – не рискнем предположить. Бабаев в мире гастрономии сродни Бутусову в театре, да и ценник довольно высок даже для Москвы. Можно лишь сказать, вспоминая эксперимент с молекулярной кухней Анатолия Комма и его "Варваров", что шансы стать культовым и популярным у Ginkgo не так уж велики, однако времена, как и предпочтения, меняются очень быстро. Ценители, мы уверены, все же найдутся, но вот сколько их будет – покажет время.