- Жанр мюзикла в кинематографе у нас, конечно, не так развит, как в Америке, но театральные мюзиклы достаточно популярны. И сейчас проходят некоторые мюзиклы, и успешно. А что касается именно этого фильма - "Первая любовь", я считаю, что это не совсем мюзикл. Я бы назвала его просто музыкальным фильмом. Мюзикл и музыкальный фильм, как мне кажется, разные немного вещи.
Мюзикл сам по себе такой весь певучий: в песнях выражается то, что я хочу сказать каждую секунду человеку, а он мне отвечает тоже в певческой манере. Мне это не очень нравилось. А в музыкальном фильме это абсолютно отдельные музыкальные треки. Конечно, они отражают характер взаимоотношений и ту сцену, которая происходит в фильме. Но их можно слушать и абсолютно не зная смысла фильма. Так же, как смотреть хореографию, не зная смысла, тоже замечательно – здесь не привязано так сильно.
- Вы же в детстве танцевали, насколько мне известно, в храме Христа Спасителя, в "Поземках". Вам этот танцевальный опыт пригодился?
- Конечно, пригодился. Но на самом деле игра на сцене и игра перед камерой в кино – совершенно разные вещи. В театре ты все преувеличиваешь – в два раза эмоциональнее, сильнее.
- Крупная игра.
- Да, действительно, крупная игра. А в фильме все настолько читаемо, до мельчайших подробностей – чуть ли не мысли, которые у тебя в глазах. Я извлекла для себя пользу не только из этого спектакля, который шел два года подряд. То, что до этого у меня происходило и после, то есть весь тот промежуток, который я находилась на сцене - а это и съемки клипов, и съемки других мероприятий, и просто сами концерты - весь этот опыт мне пригодился именно на съемках фильма.
- А какой-то опыт личных переживаний вам пригодился, все-таки речь в фильме идет о любви?
- Конечно, ты стараешься понять, как же у тебя было в жизни, вспоминаешь чувства, которые у тебя были, ситуации, связанные не только с любовью, стараешься это все вспомнить до мельчайших подробностей. Единственное, что похоже, – в ДК работает мама. У меня действительно мама работала в ДК МАИ очень долгое время, и я там танцевала. В фильме моя мама – балерина Илзе Лиепа, и я тоже балерина, тоже танцую. Это схоже, конечно. И то, что касается брата моего по фильму, он музыкант, – я тоже знала, как на это реагировать, потому что знаю, что за люди музыканты.
- Как вам кажется, вам удалось перевоплотиться из певицы в киноактрису?
- Я не могу сейчас сказать, как это было, потому что не видела фильма, жду премьеру. А что касается работы перед камерой, я отдавалась этому, я хотела вложить в это дело все, что могу, чтобы потом не было стыдно. И вообще, я считаю, если человек берется за что-то, он должен делать это на сто процентов, иначе вообще не стоит начинать.
- А почему вы решили сменить поле деятельности?
- Я ничего не меняла, я там так же пою, так же танцую.
- Но ведь есть и драматические эпизоды, вам приходится играть…
- Конечно, и мне это безумно интересно. Я считаю, что творческим людям – не важно, музыканты они или пишут картины, создают музыку или слова – интересно пробовать себя в разных ипостасях. Не важно, чем именно я буду заниматься, – это все мое, я чувствую, что мне интересно, и мне это нравится.
- Как правило, получается, что люди одной творческой профессии переходят в другую творческую профессию. Почему артисты не становятся инженерами или математиками?
- Потому что это, мне кажется, определенный склад ума. Знаете, как в школе сразу определяются люди, которые расположены к математике и которые никак к ней не расположены. Таким нравится музыка, физкультура, английский язык, сразу видно - творческие личности.
- Но ведь бывает и наоборот – знаменитый спор физиков и лириков в 60-е, когда одни пытались доказать, что легко справятся с профессией других. И часто случалось, что как раз из математиков выходили отличные поэты. Значит ли это, что актерскую профессию, гуманитарные дисциплины постичь легче?
- Какое бы ты дело в жизни ни начал, какую бы профессию ни взял, все сложно, если это делать хорошо. Не бывает профессии и дела легкого, если ты делаешь это хорошо.
- Сейчас снимается много мюзиклов, шоу, комедий, а более серьезное искусство отходит на второй план. В чем дело, это не интересует людей? Вообще, что происходит сейчас с публикой?
- Я думаю, что в музыке сейчас то же самое, что и в кино: какая-то картина пользуется успехом, а какая-то не очень, хотя тоже замечательное кино, и даже интересней, может быть. Все это зависит от пиара, рекламы, навязывания продукта публике, а там уже она сама вольна выбирать, слушать ли это или смотреть. Если раньше можно было совсем ничего не рекламировать, а люди все равно ходили и все равно слушали, то сейчас немножко другое время.
Есть музыка замечательная, сложная, и у меня есть такие песни, которые безумно замороченные, в них очень много смысла. Но большая аудитория этого не примет. Так исторически сложилось, что разница между Россией и Западом стала очевидна.
- Говоря о такой разнице, вы не берете в расчет классику?
- Нет, я говорю именно про ту музыку, которая появилась уже после "занавеса", в 80-е, 90-е. В Европе и на Западе не было никаких занавесов, люди продолжали развиваться. Даже те, кто не интересовался искусством, все равно наблюдали за тем, что происходит, слышали и видели волей-неволей.
- То есть дело не столько в людях, сколько в том, как сильно их затормозил ход событий?
- Конечно, все страны, города – со своей историей, невозможно все обобщать. У каждой страны свое лицо и какие-то обстоятельства.
- Что бы вы хотели делать, если бы вкусы публики не зависели от пиара, от моды?
- Вы знаете, наступает такой момент у актера, у музыканта, когда он может делать все, что захочет, и это будут понимать. Но продержаться долго нужно, чтобы ты был заслуженным человеком, чтобы люди спокойно относились к тебе и реагировали. Я могу вам в пример привести Ларису Долину.
- Как вы думаете, вам еще долго ждать такого признания?
- Ой, боже мой! Я всегда говорила и буду говорить, что я только начинаю. Столько всего нужно сделать, и успеть, и пересмотреть, и поменять, и доделать. Я во всем очень требовательна к себе. Мне всегда хочется лучше, и я считаю, что любой творческий человек должен так думать.
