Мы живем в мире брендов, преклоняясь и возводя их в культ. Телефоны, рестораны, вузы, курорты – выбор марок и названий зачастую становится проявлением сущности человека. Брендом теперь являются и сами люди. Стас Михайлов, Григорий Лепс, Земфира и Анастасия Волочкова – их имена стали чуть ли не нарицательными. И этот феномен в своих работах исследует Сергей Шнуров.
Да-да, тот самый матерщинник и похабник из группировки "Ленинград" оказался вдохновителем и автором концепции "брендреализма". Согласно его теории современный человек обитает в среде искусственно сгенерированных ценностей и продуктов. Но при этом полагает, что все это и есть настоящая жизнь. И Шнурову интересно исследовать сей парадокс.
Взять хотя бы огромный, вышитый башкирскими бабушками, портрет Земфиры. Как икона! "Всю жизнь меня преследует девиз "Цой жив!" – говорит Шнуров. – А Земфира считает себя реинкарнацией Цоя. Вот я и назвал картинку "Земфира жив!". Символично, что вязали ее в Уфе, на родине певицы, я там нанял бабушек". Кстати, этот портрет на вернисаже можно было даже погладить. Причаститься, так сказать.
Творчество Шнурова любопытно рассматривать с точки зрения интертекстуальных вкраплений, ведь его картины и инсталляции полны подтекстов, глубины, иронии. Он исследует, в частности, эсхатологические мотивы, говоря о финале существования человека, делает отсылку к супрематизму Малевича, находит новое в знакомых, казалось бы, вещах. Такова, например, его работа "Русский конец" – кран из цыганского самоварного золота на фоне триколора, в котором синий цвет заменен золотым. Это, кажется, лучший символ нашей жизни – русский народный фейк с позолотой.
Вот электрогитара, покрашенная в цвета российского флага и декорированная кожей с принтами из дорожной сумки Louis Vuitton. Лучше образа русского рока, который вечно на гастролях и при этом старается подражать мировой музыке, придумать сложно.
А вот на столе пустая рюмка и очки с круглыми стеклами – меткое воплощение фразы "Лепс спел".
От Шнурова на орехи досталось многим коллегам по сцене. Чего стоит портрет Анастасии Волочковой, который ее пиар-агент умоляла не показывать балерине, чтобы не вывести ее из себя. Работа называется просто и емко – "бАгиня". Музыкант рассказал, что купил фотографию Насти и сделал коллаж, чтобы ее ноги оказались сложенными в молитвенной позе. "Все мы знаем Волочкову, ее шпагаты, Instagram, она давно стала человеком-брендом", – рассказал Шнур.
Шнуров балансирует на грани, но при этом не скатывается в пошлость. И возле каждой работы хочется задержаться, чтобы ее осмыслить. Например, холодильник "Кока-Кола", выполненный в виде дорогого, наполненного кусками сахара, гроба. Это, пожалуй, лучший символ любимой миллионами газировки.
Шнуров здесь предстает философом, глубоким и думающим творцом. Поэтому выставка и вызывала такой интерес – на вернисаже отметились топовые фигуры российской культуры. А уж они-то знают названия брендов, цену им и себе.
