Семь лет назад распалась семья Андрея Аршавина и Юлии Барановской. До этого времени пара считалась одной из самых крепких и гармоничных. Тем сенсационнее оказалось их расставание. Масла в огонь подлило то обстоятельство, что на момент разрыва отношений с Аршавиным Барановская была беременна третьим ребенком. Тем не менее Юлия смогла использовать это испытание себе во благо. Сейчас она работает на Первом канале и являет собой пример для десятков тысяч женщин.
Андрей Аршавин не общался с детьми. Лишь в прошлом году ему удалось наладить с ними отношения. Сейчас ребята периодически проводят время в компании именитого отца. А вот что касается отношений Андрея и Юлии, то, по всей видимости, они крайне натянуты. "В принципе, свою первую жену Юлю я видел один раз за семь лет – и то случайно. Предпочел бы и в тот раз не видеть ее. Благо, дети стали старше, и я могу с ними общаться напрямую. Это облегчает задачу", – признался Андрей Аршавин.
При этом футболист заявил, что не чувствует "какого-то укора" со стороны сыновей и дочери за все годы разлуки. "Может быть, у них и есть какие-то обиды, может быть, они что-то говорят маме, но вот в лицо они мне никаких претензий не высказывали. Хотя я тут у старшего недавно спросил: "Артем, а ты почему учишься до конца июня?" А он отвечает: "Пап, я вообще-то с первого класса так учусь". То есть в такой форме мне, конечно, прилетает, но в целом, думаю, у нас все нормально с детьми", – рассказал спортсмен.
Отметим, что Андрей Аршавин оставил Юлию Барановскую и детей ради журналистки Алисы Казьминой. Спустя время влюбленные оформили отношения, и вскоре у них родилась дочь Есения. Вот только этот брак был недолгим. Футболист не видится с младшей дочерью. Не общается он и с детьми Алисы от предыдущих отношений, хотя у них был хороший контакт.
"У меня никогда не было никаких проблем в общении с детьми – даже неродными. Старшая дочка второй жены назвала меня папой. Я скучаю и по ней, и по ее старшему брату. У меня с ними тоже были отличные отношения", – сообщил Андрей Аршавин. При этом футболист не стал отрицать, что совершал досадные ошибки, на которых потом учился.
