Михаил Танич по "политической" статье почти шесть лет валил лес на севере. При этом он всегда подчеркивал: "Считаю, что в лагерях, за решеткой, в большинстве сидят люди, случайно преступившие закон. Не думаю, что кто-то специально хочет убивать".
Поэт испытал все ужасы тюремной системы. "Это страшно: воспоминания плохие, специфический запах, – говорил Танич. – На зоне было 95% мужиков-работяг, не имеющих отношения к преступному миру, 3-4% воров и 0,5% воров в законе. Мужики получали посылки с воли и обязаны были выделить для блатных что-то – хоть кусок сала. Поскольку их в лагере было 900 человек, эти пять-шесть блатных жили неплохо".
Рассказывал он и о работе: "Лесоповальные лагеря, бесконечная тайга. Утром выводят заключенных – зима, темно. Вокруг делянки, которую надо вырубать, встает оцепление".
Арчил Гомиашвили, знакомый по роли Остапа Бендера в фильме Леонида Гайдая "12 стульев", в тюрьме был трижды. "Первый раз попал, когда мне 18 было (ночью артист вместе с другом срезал кожу с кресел в кинотеатре и продал ее сапожнику, за что получил два года в исправительном лагере под Тбилиси. – Прим. ред.), – вспоминал он в "МК". – Два с половиной года отсидел. В другой раз подрался в ресторане – кому-то выбил глаз. Вышел из тюрьмы через два с половиной месяца. Просто мама взятку дала пострадавшему, чтобы он отказался от показаний (за драку в общественном месте и нанесение тяжелых побоев Гомиашвили светил солидный срок. – Прим. ред)".
Актер Владимир Долинский попал на зону за незаконные операции с валютой. "Привезли в Лефортовский изолятор. Там человеку мгновенно доказывают: ты никто и ничто. Ломают волю. В первый день подумал: "Это конец, здесь я умру". Вещи все забрали – оказывается, их на прожарку сдают, чтобы подследственные вшей в тюрьму не занесли. В руки сунули матрац, подушку, кружку с миской и повели мыться. Захожу в какое-то подобие кабинки, в потолке ввинчен душ. На меня полился практически кипяток. Почувствовав, что реально умираю, начал колотить в дверь. Никогда не забуду, как, скрючившись, прижимался губами к какой-то дырочке в полу, чтобы только глотнуть воздуха. Потом в банный день решил воспользовался ножницами с затупленными концами, выданными для стрижки ногтей. Несколько минут ковырял ими запястье, пока не добрался до вены. И тут же потерял сознание. Но пришедший врач заявила мне: "Хоть весь изрежься, хоть инвалидом стань, а сдохнуть тебе все равно не дадим, до суда доведем!"
Рассказывал Долинский и об издевательствах тюремного персонала. "Они кричали мне: "Ну, сучонок, ты у меня попляшешь!" Потом надели наручники, смазали башку чем-то и надели на голову огромный валенок. Я орал, извивался, но меня волоком протащили по коридору и кинули в карцер. Почти сутки я валялся на полу в таком положении – с валенком на голове и в наручниках, впивающихся в запястья. Плакал…"
В карцере был жуткий холод. "Колотун постоянный. Пытаясь согреться, безостановочно ходишь, прыгаешь, приседаешь. Ноги отваливаются. На седьмой день встать уже не мог – тупо сидел на полу и… смотрел "мультяшки", которые, мне казалось, показывали на противоположной стене", – рассказывал Долинский в интервью "7 Дней". Он думал, что окажется в психушке после пережитого.
В заключении Долинский провел несколько лет. За это время супруга нашла другого мужчину. Возвращаться, по сути, было не к кому.
Из тюрьмы артисты выходили с поломанной психикой и в плохом физическом состоянии. Эдуард Изотов, знакомый по фильмам "Морозко", "Огонь, вода и… медные трубы", отсидел три года за валютные махинации. После освобождения он в течение нескольких лет перенес пять инсультов. Актер стал забывать текст и не мог продолжать работу в театре. После вынужденного выхода на пенсию Изотов с трудом передвигался и разговаривал, порой не узнавал близких. Былая слава осталась в прошлом...
