Государственная дума продолжает работу по защите отечественного телезрителя от соблазнов и пороков современной действительности. Изгнав с телеэкранов рекламу о пиве и тем самым защитив детей от раннего пивного алкоголизма, депутаты вспомнили об их невинности, и факторах прямо ей угрожающих. Законопроект, внесенный депутатом Александром Скочем, и одобренный в первом чтении, предполагает ограничение показа по телевидению сцен насилия с 7.00 до 22.00. В частности, запрещается распространение в теле-, видео-, кинохроникальных программах и демонстрация в телевизионных фильмах и кинофильмах трупов людей, сцен убийства, нанесения побоев, причинения тяжкого, средней тяжести и легкого вреда здоровью, изнасилования и иных насильственных действий сексуального характера.
Впрочем, как заявил "Независимой газете"вице-спикер Государственной Думы Олег Морозов, запрет телевидению на показ сцен насилия не надо абсолютизировать, "не идиоты же депутаты. Закон приняли для того, чтобы открыть форточку для обсуждения этой проблемы и ее нормально-правового регулирования". По его словам, в том виде, в каком сейчас принят закон, "он, конечно, не будет действовать, и все это прекрасно понимают. Его будут шлифовать во втором чтении, вносить поправки, и я вас уверяю, что он будет нормальным". По словам же спикера нижней палаты Бориса Грызлова, главное, что "мы заострили внимание органов исполнительной власти на необходимости исполнения действующего закона; и если мы не увидим, что он исполняется, поправками будем доводить тот закон, который принят в первом чтении", заявил спикер. По его словам, не исключено, что во втором чтении депутаты установят еще более жесткие меры за неисполнение закона о СМИ.
Прочитав пояснительную записку к проекту федерального закона "О внесении изменений в статью 4 Закона Российской Федерации "О средствах массовой информации" (вероятно, теперь этой замысловатой фразой заменяется успевшее позабыться слово "цензура"), опубликованную на сайте "Эхо Москвы", становится ясно, насколько "жизненно необходимы" эти поправки. "В настоящее время средства массовой информации, в основном это касается телевидения, в погоне за рейтингом и коммерческим успехом забыли о своей огромной воспитательной роли для будущего поколения россиян. Ежедневно с экранов телевизоров гражданам демонстрируют допустимость насилия над личностью, убийство, кровь, нанесение увечий, становиться обыденным событием в жизни киногероев. Следует отметить, что насилие, преступления и катастрофы стали основной темой не только художественных и документальных фильмов, но и новостных передач.
Создавшаяся ситуация особенно опасна для наших детей. До четырнадцати лет мыслительные способности детей еще недостаточно развиты для того, чтобы до конца понимать, что та или иная ситуация гипотетична. Даже если специально обратить внимание ребенка на то, что телевизионные герои всего лишь разыгрывают насилие, он будет помнить об этом недолго. Если напомнить ребенку о ситуации уже через пять-десять минут, его эмоциональная реакция на фильм будет такой же, как реакция на документальные кадры. Пока мыслительные способности не достигли определенного уровня, для ребенка реально все, что кажется ему реальным. Сцены насилия и подлости на телеэкране в некоторой степени притупляют способность детей развивать в себе здоровую невинность, умиротворенность и чувствительность. Очевидно, что картины реального насилия на экране пробуждают агрессивные тенденции в детях. Когда фильмы сомнительного содержания транслируются практически круглые сутки, а в новостных передачах с упорством достойным лучшего применения каждый час показывают труппы с огнестрельными и ножевыми ранениями родителям становиться практически невозможно оградить своих детей от потока информации, которая является причиной эмоциональной перегрузки и ведет к негативным последствиям, например таким как рос детской преступности…" Несмотря на то что нынешний закон о СМИ предусматривает возможность наказания вплоть до лишения лицензии за неоднократные нарушения, связанные, в частности, с показом на телевидении сцен жестокости и насилия, Грызлов считает, что эта норма фактически не работает, прежде всего потому, что "нет со стороны исполнительных органов власти соответствующего контроля и должной реакции на такого рода передачи".
