Рурк мог сорвать съемки

Неблагосклонно принятый профессиональной критикой "Фонтан" не остановил его создателя - Даррен Аронофски вернулся в большой кинематограф на коне. "Рестлер" стал реабилитацией Аронофски в глазах мировой общественности и камбэком Микки Рурка. Дни.Ру встретились с режиссером "Рестлера" лицом к лицу и узнали, что выбор на главную роль актера Микки Рурка стал самым большим риском для фильма. - Как вы пришли к идее, предмету фильма "Рестлер"? - Рестлинг сам по себе – американский феномен. Профессиональный рестлинг, понимаете, гигантские стероидные мужчины, хорошая сторона зла. Я захотел передать вкус этого мира. - Ваши фильмы наиболее запоминаются зрителю по своему музыкальному материалу – Брюс Спрингстин, Клинт Манселл. Насколько это важно для вас как для режиссера? - В "Рестлере" вся музыка очень важна, потому что это помогает настроению и персонажу - все эти 80-е. Кроме того, в ней есть много чего комедийного. Я думаю, это часть неистового характера героя. Это вроде партитуры, написанной специально для видеоряда. Я так с Клинтом как раз работаю. "Рестлер" - первый фильм, где эта партитура практически сведена до минимума – всего три-четыре раза, когда она помогает. Прежде у меня никогда не было фильмов, в которых требуются отдельные песни. В "Рестлере" же это песни по радио, песни в стрип-клубе – все очень-очень важно. - Как вам кажется, музыка служит для спасения видеоряда или является просто составной частью фильма? - Я думаю, люди приходят смотреть фильмы, чтобы их развлекали, и если музыка – вид замены эмоциям, которые не дает видео, то это не очень хорошо. Но если она лишь помощник, если переносит фильм на новый уровень – это идеально. Это то, что мы пытаемся сделать. Думаю, в данном случае и картинка работает, и музыка помогает этому процессу. Есть множество фильмов, которые не произвели бы своего действия на зрителя, не будь в них музыки. Вот Спилберг, например, говорит об этом постоянно, мол, чем были бы "Челюсти" без... ну, вы понимаете – (напевает) та-тада-тадам! – видео не было бы таким мощным. Часто, музыка – настоящий герой фильма.

- Важно ли режиссеру или любому артисту иметь хороший вкус? Ведь часто те, кто отлично знают классику кинематографа, литературы и музыки, сами создают что-то неудобоваримое. - Серьезно? Чем больше ты смотришь фильмов, чем больше видишь чужих идей, тем больше у тебя появляется своих. Я довольно поздно начал заниматься кино, знаю, сколько фильмов еще не видел, и знаю людей, которые видели все. Но я все еще стараюсь обогащать себя классикой и наблюдать то, что сняли другие режиссеры, какой опыт приобрели. - Намеренно цитируете классику в своих фильмах? - Я думаю, само по себе создание фильмов уже во многом копирование – ты ведь можешь использовать чужие наработки в своей истории так, что это станет новым и свежим. - Я слышала, что был период перед съемками, когда вместо Рурка вы выбрали на главную роль Николаса Кейджа. Почему именно его? - Потому что мы очень долго искали деньги для "Рестлера", а под Рурка их никто не давал. А Кейдж – потому что я его большой фанат. Он умеет развлекать, делать множество разных вещей, так что я решил, что это отличный выбор. - Что вы думаете о хипстерах, актуальной сегодня субкультуре? Они повсюду и всех раздражают. - Не знаю даже. А что, в России всех раздражают хипстеры? Я не могу точно определить эту субкультуру, о которой вы говорите. Но лично я испытываю любопытство по отношению к бесстрастности этих детишек – политически они кажутся совершенно индифферентными. Но, может быть, это вдохновит на то, чтобы изменить мир. - Сейчас многие режиссеры обращаются к современной американской литературе, вроде Коупленда – вы не в их команде, почему? - А вы бы хотели, чтобы я был? - Нет, просто спрашиваю вас, отчего вы такой аутсайдер? - Мне очень нравится то, как он пишет, но сейчас пока нет проекта на уме. - А каковы ваши следующие проекты? - Не знаю, много работать, искать, писать. - Читала, что вы не можете себе вообразить, каков ваш зритель, как именно он выглядит, ведет себя, что любит – представляете только массу людей в кинотеатре. Вам это в принципе важно? - Я твердо верю в то, что, если ты что-то творишь, то чувствуешь это так же, как и другие люди, – внутри себя переживаешь и спрашиваешь себя, что это значит для тебя лично. Если это вызывает эмоции, другие это тоже прочувствуют. Я надеюсь, те люди, которые много читают, смотрят, - им нравятся мои фильмы. "Рестлер" работает на большую аудиторию: на тех, кто много читает и смотрит, и одновременно на тех, кто любит рестлинг, то есть полную их противоположность. У меня нет какой-то конкретной цели, кроме как вызвать эмоциональный отклик. - Каково ваше эмоциональное впечатление от Обамы? - Я голосовал за него, разумеется. - Почему? - Потому что мир приближается к пропасти. Обама был избран и остановил машину, два колеса которой уже нависли над этой пропастью. Он, может быть, последняя надежда планеты. - А что после него – потоп? - Посмотрим. Я думаю, мы живем в очень волнующее время.