Уголовное дело возбуждено, начато следствие. Это ведь не поножовщина и не пьяная драка. Это всерьез подготовленное покушение. Но напугать Анатолия Борисовича – это дело пустое, за 14 лет у всех была возможность в этом убедиться". То, что Леонид Гозман не назвал более конкретных подозреваемых, может быть связано с двумя вещами – во- первых, именно в РАО ЕЭС России, где утверждают, что организаторы покушения им известны, заинтересованы в качественном проведении следствия, и до времени не хотят раскрывать все карты, а во-вторых, он является помимо работы в РАО, членом политсовета СПС, и было бы просто неумно не использовать ситуацию и для политического пиара. Это не цинизм, просто и у жанра публичной политики есть свои законы. Вячеслав Никонов, президент Фонда "Политика", полагает, что политическая подоплека покушения более вероятна потому, что именно в этой сфере сконцентрировано больше личных врагов Анатолия Борисовича: "Выстрелили скорее не в федерального чиновника, а именно в Чубайса. Если бы это был заговор против России, это было бы более "качественно" выполненное покушение. Если бы боролись с государством, то и покушались бы на "государственном" уровне, и результат был бы другим. А покушение, судя по просочившимся в прессу деталям, явно было "любительским". Криминальные структуры – это может быть. Покушение, в таком случае, заказывалось теми людьми, которым Чубайс наступил на ноги в бизнесе – и таких множество. Недовольных тем, что он делает, и как, и в кадровой и в корпоративной политике – "имя им легион". Тогда речь идет о бандитском "наезде". Несомненно, будут отрабатываться и экономические, и политические версии. Нужно искать людей, чьи деловые интересы пострадали от деятельности Чубайса, или среди тех людей, которые претендовали бы на его место. Но в политической сфере - очень широкий спектр "возможностей".
Среди политических противников Чубайса Никонов видит и олигархов, и противников либеральных убеждений Чубайса: "На него в обиде антипутинские силы, за то, что он не занял резко антипутинские позиции, и некоторые опальные олигархи вполне могли бы предъявить Чубайсу свои претензии. Большое количество противников у него и с другой стороны, людей, которые не могут ему простить того, что произошло в 90-е годы и все его "либеральные прегрешения". Круг потенциальных врагов у Чубайса очень большой. Чубайс должен сам помочь следствию, он уже заявил, что знает, кто мог покушаться, так пусть расскажет следователям. Это ведь не такая безнадега. У нас многие политически преступления все же были раскрыты". Ряд экспертов считают, что задачей покушения было не убийство, а давление на Чубайса вследствие его экономической деятельности. Виталий Шлыков, член Совета по внешней и оборонной политике, полковник ГРУ в отставке, определяет случившееся, как криминальную угрозу: "Я думаю, что речь идет не о политической или государственной подоплеке. Это бандитская "разборка", связанная в первую очередь с хозяйственной деятельностью Чубайса. В конце девяностых в бизнесе, где крутятся очень большие деньги, было достигнуто некоторое перемирие – а до того автоматы стреляли каждый день. Но перемирия эти накладывали на стороны определенные обязательства. Чубайс же в силу своего характера считает, что правила игры для него не писаны. Отвечать же приходится "по понятиям". По-видимому, это предупреждение. Наивно думать, что люди, знающие маршрут Чубайса, не осведомлены о качестве его автомобиля. Столько гранатометов можно купить за гроши – и бронированный автомобиль не защитит. Вероятно, ему надо насторожиться. Чубайс постоянно имеет дело с региональными бизнес-структурами. Угасли разборки между московскими олигархами, а в провинции народ проще, прямее и непуганнее. Тем более, что в спецслужбах Чубайс не так популярен, работать по его делу будут, но "без напряжения". У него и своя служба безопасности есть. Кстати, в переводе на русский язык с языка "понятий" его заявление о том, что он усилил охрану и ожидал покушения, означало бы: "Понял, оценил, меры принял, ждите ответа". Поддерживая эту логику, Сергей Марков, директор Института политических исследований, тем не менее, считает, что "стреляли именно в государственного чиновника", поскольку "Чубайс проводит два рода программ. Первая – это программа по реформе электроэнергетики. Это реформа, которая переворачивает многое, и многие в ней не заинтересованы. Мы не знаем, приведет ли эта реформа к успеху или нет, но она будет столь же крутой, как все, что делал Чубайс – в этом уже нет сомнения. Второе направление его деятельности также опасно. Чубайс стягивает ту собственность РАО ЕЭС, которую "потеряли" предыдущие менеджеры. Вспомним наиболее яркий пример такого "менеджера" - Бревнов. Что-то он разворовал, что-то бросил, и очень большая часть этого имущества попала в "серую зону", формально оставаясь в собственности РАО, но контролировали ее, и доходы из нее извлекали абсолютно криминальные группировки. Видимо, они и противодействуют возвращению этой собственности под крыло РАО". Среди версий покушения были и самые экстравагантные, которые вскоре отметались в ходе анализа происшедшего. Мелькала и версия о "политическом самостреле" с пиаровской целью, и версия о покушении со стороны левых радикалов. Игорь Яковлев, заместитель директора Института экономических стратегий при отделении общественных наук РАН, признается, что поначалу "первое что пришло в голову – это аналогия с Боровым, которого взорвали в собственной машине, но, как потом оказалось, что это элемент неуклюжего пиара. Но мы от такой идеи в данном случае нужно отказаться, поскольку Чубайс - человек достаточно серьезный, чтобы не нуждаться в дополнительной раскрутке, у него немало доброжелателей, но и врагов более чем достаточно, и в пиаре недостатка нет. Я бы склонялся к тому, что здесь прослеживается некая связь с его политической деятельностью, а отнюдь не с веерными отключениями, которыми он "прославился" не меньше, чем своими политическими эскападами. Насколько мне известно, чиновники такого уровня ездят в бронированных машинах, и "Калашников" в таких случаях, не аргумент. Но если пиариться хотели бы сами исполнители их какой-нибудь экстремистской группировки, то такие люди обычно дают знать о содеянном средствам массовой информации. Но таких фактов нет. Вот если последует подобное заявление – тогда можно будет делать выводы. Известно, что нередко бывает несколько заявлений об ответственности за один теракт. Пока нет ни одного заявления. Это предупреждение, но от кого? Гадать не имеет смысла". Не пытаясь высказать каких-то "адресных" версий, Никита Масленников, бывший помощник главы правительства РФ Виктора Черномырдина, председатель Совета директоров компании КРОС и партнеры, видит в покушении на Чубайса некий символ, и большую общественную опасность: "Слава Богу, все обошлось, и я надеюсь, что Анатолий Борисович сможет свои немалые способности применять в пользу России, и, пользуясь случаем, хотел бы выразить личную поддержку ему в непростой момент. Действительно трудно сказать сходу, кому это нужно. Это настолько неумно, что с одной стороны – рационального объяснения я не вижу. Но с другой стороны, это тревожно, потому что в определенном смысле это знаковое событие. Возникают подозрения, не связанные с его деятельностью в РАО. Там конфликтов всегда много, но они, как правило, решаются в цивилизованных рамках. Это решение принимали те, кто не мог не учитывать, что Чубайс - это некий символ. И автоматные очереди направлены не просто в человека, а в идею, от которой Россия не отказывалась, а это тревожно. Вполне возможно, что это предупреждение, направленное не только Чубайсу. Мне кажется, что все-таки это удар не столько по нему самому, а именно по направлению развития России. Если же это связано с чисто экономическими причинами – тогда все еще хуже. То, что снова автомат стал аргументом при решении экономических споров, значит, что правоохранительная машина не может отследить преступные проявления в адрес государства и носителей его политики, и эффективно с ними бороться. С точки зрения профилактики – успех равен нулю. Естественно было предположить, что в такой сфере могут возникать конфликты, и знаковые фигуры могут стать жертвами покушений. Тогда это означает, что мы снова возвращаемся во времена дикого капитализма, и что в процесс энергореформы кто-то встроил откровенных отморозков. Этот показатель говорит о неблагополучном состоянии дел в нашем отечестве. Нужно остановиться, задуматься и сделать выводы – и власти, и силовикам, и всем здравомыслящим гражданам России". Материал подготовил Андрей Цунский
