Ди Каприо сирийской литературы

Массовому зрителю хорошо знакома личная трагедия американского актера Леонардо ди Каприо. После знаменитого "Титаника" он сумел побороть сложившееся амплуа, и доказал всему миру, что он блестящий драматический актер, способный сыграть и преступника, и мошенника, и полицейского, и сумасшедшего, и кого угодно. Каждый год он является одним из фаворитов на премию "Оскар" – и каждый раз золотая статуэтка, как заговоренная, обходит его стороной. Примерно такие же взаимоотношения сложились у сирийского поэта Али Ахмад Саид Асбара (творческий псевдоним – Адонис) с Нобелевской премией по литературе. Вот уже много лет, год за годом, его прочат в нобелевские лауреаты. Но премию присуждают каждый раз кому-то другому, как будто издеваясь над уже немолодым мастером арабской поэзии. Становление поэта Адонис родился в 1930 году в сирийском селении Кассабин на средиземноморском побережье, неподалеку от Латакии. Он рос в семье фермеров-алавитов, и маленькому Али Ахмад Саиду приходилось часто помогать отцу в поле с самых ранних лет. Занятно, но будущий знаменитый поэт даже не имел возможности посещать среднюю школу. Ее ему заменяла мектеб – мусульманская начальная школа при мечети. Лишь благодаря отцу, который познакомил его с классической арабской поэзией, он обнаружил склонность к стихам, сначала заучивая их наизусть, а затем и начав сочинять собственные. Возможно, все бы это осталось самодеятельностью, и быть бы мальчику малограмотным фермером с литературным хобби, если бы не случай. В деревушку, где жил Али Ахмад, неожиданно приехал президент страны Шукри аль-Куатли, перед которым сыну простого фермера удалось выступить. Глава государства был так тронут поэзией 14-летнего мальчика, что предложил ему просить все, что тот пожелает. Но вместо ожидаемых "пачку печенья и банку варенья" услышал: "Я хочу учиться в школе". Благодаря этой встрече Али Ахмад Саид вскоре оказался во французском лицее в Тартусе. Он хорошо учился, затем сумел поступить на философский факультет университета в Дамаске. В возрасте 17 лет он впервые публикует свои стихи в журналах – и тогда же выбирает себе псевдоним, под которым его и узнал впоследствии весь мир. Дело в том, что издатели отказывали печатать никому не известного Али Ахмад Саид Асбара, но зато напечатали те же самые стихи, присланные им с псеводнимом Адонис. После университета Адонис ушел служить в армию. В 1955 году он был арестован за политическую деятельность и членство в Сирийской социальной националистической партии. Через полгода тюрьмы набирающий популярность поэт выходит на свободу, и уезжает в соседний Ливан, где получает гражданство. С 1985 года Адонис поселился в Париже, получив уже французское гражданство. К тому моменту он стал уже признанным мэтром арабской поэзии, выпустив с десяток сборников стихов, несколько поэм, эссе и литературоведческих трудов. В настоящее время его стихи печатают крупнейшие издательства – Gallimard, Mercure de France, Seuil и другие. Несмотря на все свои перемещения и смену паспортов, он до сих пор считается именно сирийским поэтом, да и сам считает своей родиной именно Сирию.

Изнанка Нобелевской фортуны Адонис является одним из наиболее значительных представителей движения "Новой поэзии". По мнению экспертов, именно его творчество (в частности, сборник "Песни Михьяра из Дамаска" 1961 года), обозначило "великий раздел" языка современной арабской поэзии. Вклад сирийского поэта в развитие литературы признан всем профессиональным сообществом, и его давно уже стали рассматривать как кандидата на получение Нобелевской премии по литературе. Однако нет, пожалуй, более политизированных наград, чем Нобелевские премии мира и по литературе. И в том, и в другом случае политика и текущая конъюнктура зачастую играет куда более весомую роль, нежели реальные заслуги того или иного претендента. Этот фактор бросается в глаза даже непосвященным – чего только стоит премия мира, выданная комитетом президенту США Бараку Обаме в 2009 году, менее чем через год с момента избрания главой государства. Даже американская пресса тогда признавала, что премию Обаме выдали, мягко говоря, авансом. "Идет "холодная война", и западные страны полностью контролируют Нобелевский комитет. И именно Запад решает, кому давать премию мира, а кому – нет", – комментирует эту ситуацию бывший сотрудник Госдепартамента США, журналист Уильям Блум. Аналогичная ситуация сложилась и с Нобелевскими премиями по литературе. С одной стороны – это престижнейшая награда в этой сфере, с другой – достается она порой не за наибольший вклад в литературу, а за ту или иную позицию, которую занимает писатель. Адонис в этом смысле некоторое время назад полностью устраивал кураторов Нобелевского комитета. Признанный литературный гений, бежавший из страны "оси зла" на просвещенный Запад, был именно тем человеком, которого следовало показательно поощрить – как в свое время это было с советскими писателями-диссидентами. И в этом смысле очень показательно, что как кандидата на Нобеля его начали рассматривать лишь после переезда во Францию. Впервые в этом контексте Адониса упоминают с 1998 года, спустя три года после поселения в Париже. А уж когда в Сирии началась гражданская война, и Адонис в первые ее месяцы обратился с открытым письмом к президенту Башару Асаду, в котором попросил его сложить полномочия ради блага государства, его шансы на получение Нобелевской премии выросли еще больше. Пожалуй, еще никогда в своей жизни сирийский поэт не был так близок к ее получению.

Не те слова Не прошло и пары месяцев после письма с призывом к отставке Башара Асада, как Адонис получил престижную премию Гете. После нее он превратился в главного претендента на Нобелевскую премию по литературе. Имидж влиятельного диссидента, косвенно поддержавшего революцию и демократию, этому весьма способствовал, и его награждение могло иметь мощный эффект в информационной войне против асадовского режима. Однако премию неожиданно получил другой нобелевский "многолетний кандидат" – шведский писатель Тумас Транстремер, который ходил в претендентах чуть меньше Адониса – с 1993 года. Шведу вручили премию "за точные и богатые образы, которые дали читателям по-новому взглянуть на реальный мир", а сирийский поэт укрепил свой имидж главного нобелевского неудачника современности. А потом выяснилось, что Адонис вовсе не так прост и удобен, как думали на Западе. После критики Асада и правящей партии Баас, от поэта-эмигранта досталось и так называемой "умеренной оппозиции". Окончательный же приговор своему потенциальному "нобелю" поэт подписал, когда выступил категорически против внешнего вмешательства в дела страны. После этого, конечно, рассчитывать на премию стало совершенно бесполезно. В этом году Адониса многие эксперты по привычке все еще рассматривали среди кандидатов. Однако престижную премию получила белорусская писательница родом из Украины Светлана Алексиевич – писательница, известная своей критикой современной России и ее политики. Цимес этого награждения, очевидно, в том, что буквально за 10 дней до вручения премии президент России Владимир Путин направил самолеты российских ВВС в Сирии по просьбе действующего президента Башара Асада. Совпадение? Не думаю.

У кого было больше шансов получить политизированную премию в этой ситуации – у сирийца, выступающего против непрошенных гостей, или у антипутинской писательницы? Вопрос вполне себе риторический, и Нобелевский комитет на него уже дал ясный ответ. На Западе не любят тех, кто предает западные ценности по принуждению к демократии – и это, пожалуй, единственный вид предателей, который не любят на Западе.