Незадолго до Нового года, Александр Шульгин, отправился в Танзанию, чтобы воочию увидеть "снега горы Килиманджаро". 2005 год он встретил не за праздничным столом, как водится, а совершая трудное восхождение на пик Ухуру. О том, как это было, какие ощущения остались от восхождения, почему манят горы и почему ему не сидится на месте - Александр Шульгин рассказал нашему изданию. Откуда такая страсть к восхождениям на горы?
Горы меня захватили. До этого я совершал два восхождения на гору Моисея на Синае, потом совершил незабываемое восхождение на гору-вулкан Этна на Сицилии, а Килиманджаро маячил как следующий этап. С горой Килиманджаро я знаком с детства, из-за увлечения историей и географией, ну и конечно же детскими приключенческими книжками. Для того, чтобы успеть увидеть эту белую гору Килиманджаро из детства – я и приехал в Танзанию.
Как известно, Килиманджаро – самая высокая гора в Африке и одна из высочайших вершин в мире, Килиманджаро с местного наречия переводится – как белая голова или как снежная шапка. У подножья горы + 40, на вершине – 20.
Это было экстремальное восхождение? На Килиманджаро есть несколько разных путей восхождения. Один путь – туристический, самый легкий, и есть более сложные пути, такие, где идешь уже по достаточно экстремальным маршрутам. Я отправился в Танзанию и выбрал один из самых сложнейших путей, который зовется "Мачаме". Восхождение и спуск занимает 7 дней. Высота приличная, вершина высотой 6 тыс. метров (если точнее, то 5 985 км) и путь длинный, около 80 км. Пять дней постепенно поднимаешься вверх, потому что организм должен адаптироваться.
Что первое бросилось в глаза во время восхождения?
Сведения, полученные еще в Москве, что снегу на Килиманджаро осталось лежать лет десять, а потом снега растают в связи с глобальным потеплением, на месте подтвердилась. Уже сейчас снег и ледяной наст остался только на верхушке практически с одной лишь стороны. При подъеме это особенно было видно. Местами текут ручьи, похожие даже на маленькие речки, стекают талые воды сверху с горы. И это печально, что меняется климат.
Вы поднимались вдвоем с проводником?
Нет. Старт пути начинается с лагеря, где все пакуют снасти, снаряжение, там же образуются группы. Наша группа состояла из людей со всего мира: там были и японцы, и англичане, и австралийцы, и американцы, русским был я один. Было около 50 человек. Каждому человеку помогали местные порты, которые несли вещи, то есть сами мы несли личные вещи, а порты – газовую горелку, снаряжение, продукты и прочее. Так же шел гид и повар. Степан и Семен, ребята из племени Джага. Первый день мы шли через тропические леса, там постоянно идет дождь, там влажно, есть вовсе непроходимые места. Если нет следа, тропы, свернув в любую сторону, попадешь в такой лес, в такую чащу, что уже никак не пройдешь.
Какие ощущения были во время пути?
Первый день оказался самым легким, усталость начала накапливаться потом. Хотя и эта усталость была недолгой, потом наоборот какая-то легкость появилась, скорее всего, из-за разряженного воздуха: дышать стало легче. Но с каждым метром, с каждым привалом, с каждой ночевкой, становилось все холоднее. Если в первую ночь спали просто в палатке, то потом уже в спальном мешке, а после надевали все больше и больше свитеров, а потом уже дошла очередь и до пуховика с перчатками.
Чем выше поднимаешься – тем сильнее меняется растительность. Попадалась и голубая растительность, попадались растения, которые растут исключительно на высоте 4, 5 тысячи метров, которые по размеру как большие деревья. Но это трава, хотя ощущение, как от большущего баобаба.
Во время восхождения я видел совершенно удивительные закаты и восходы, луну, небо совершенно иного цвета. Небо, на котором не осталось облаков – имеет другой цвет, он более темный, космический, и солнце не такое, каким оно видится с земли. Оно яркое, я мгновенно спалил кожу, получил ожоги, которые сходили 10 дней. Вид с горы, с вершины, совершенно фантастический, внизу облака и на многие-многие сотни километров открывается удивительная картина, чувствуешь себя какой-то птицей, видно, гора имеет свое действие.
Само восхождение выпало на Новый год, праздник этот давно для меня не связан с гуляньями и бурными весельями. Зато это была хорошая неделя, чтобы поразмышлять над бытием своим.
