Вчера был опубликован указ президента о структуре и кадровом составе нового правительства. От него сенсаций не ждали, но оптимисты еще надеялись на исправление явных ошибок, допущенных ранее разработчиками административной реформы. Вместо этого случилась настоящая сенсация: из указа следует, что административная реформа так и не состоялась. Владимир Путин еще в 2001 году в послании Федеральному собранию не просто призвал к проведению административной реформы, но и объяснил, что она должна разнести разные госфункции по разным госорганам, пишет "Коммерсантъ".
Источник газеты "Ведомости" в Белом доме утверждает, что в подготовке указа участвовали Фрадков, Козак и Жуков, но первую скрипку играл премьер. Другой чиновник сказал, что Козак во многом не согласен с окончательным вариантом, представленным Путину. Первый замминистра экономического развития Михаил Дмитриев считает, что не все в указе соответствует первоначальному замыслу реорганизации правительства. Например, увеличение числа служб и агентств, подчиненных премьеру, может потребовать изменений в структуре аппарата Белого дома, которая формировалась не по отраслевому принципу. Чиновник администрации президента отмечает усиление позиций премьера и подчеркивает, что при этом идеология реформы оказалась размыта. Он напоминает, что Касьянов непосредственно руководил семью ведомствами, возглавлял комиссию по ВТС и координировал взаимодействие с ЦБ. Авторы указа от 9 марта стремились вывести федеральные органы из-под премьера, чтобы тот сосредоточился на стратегии. Вторая идея - разделить законодательные функции министерств и контрольно-надзорные, которые являются прерогативой федеральных служб. Однако вчерашний указ, подчеркивает кремлевский чиновник, эту логику нарушил: министерства смогут осуществлять функции контроля и надзора по индивидуальному разрешению правительства. Точно так же правительство сможет делегировать службам функции нормотворчества, которые 9 марта были закреплены за министерствами. Иными словами, теперь президент уже не различает органы исполнительной власти, которые оказываются равными в нормотворчестве. Круг замкнулся – административную реформу можно было и не начинать.
При этом нельзя утверждать, что разработчики административной реформы не понимают, что своими действиями они эту реформу губят. Они даже частично исправляют свои ошибки. По указу от 20 мая появляются контрольно-надзорные органы, хотя бы отделенные от министров. Таких, однако, меньшинство. Пункт 3 этого указа, пролоббированный премьером Михаилом Фрадковым, вывел из-под Виктора Христенко службы по технологическому и атомному надзорам, подчинив их правительству (то есть непосредственно премьеру), а из-под Юрия Трутнева – половину бывшей службы по экологии и природопользованию. Эту службу разделили: службу по экологии отдали премьеру, а по природопользованию оставили господину Трутневу. Три ставшие "премьерскими" службы объединили в один надзорный орган. Источники "Коммерсанта" утверждают, что у Михаила Фрадкова были более амбициозные планы – он хотел вывести из-под министров практически все надзоры. Не вышло: то ли Кремль не захотел слишком усиливать премьера, то ли министры сумели отбиться от его претензий на подчиненные им структуры. В порядке компенсации главе правительства отдали еще пять служб и агентств. Но они надзорами не являются: это Федеральная служба по гидрометеорологии и мониторингу окружающей среды, Федеральные службы по тарифам, по государственной статистике (премьер забрал их у Германа Грефа), Федеральное космическое агентство и Федеральное агентство по атомной энергии (премьер забрал их у Виктора Христенко). Премьер намеревался забрать у Виктора Христенко еще и Федеральное агентство по промышленности, чтобы сделать из него Министерство оборонной промышленности, но был вынужден отступить.
