Актриса Ирина Алферова не так часто соглашается говорить о личной жизни, боясь слухов и неправильной трактовки своих слов. Во время недавних гастролей в Ялте Ирина Ивановна все же согласилась ответить на несколько вопросов о себе.
Журналистов просили ни в коем случае не заводить разговор об ушедшем из жизни бывшем муже актрисы Александре Абдулове. Но из беседы и так стало понятно, что Алферова до сих пор переживает боль утраты.
"Грустно, что в последнее время стали умирать люди моего возраста..." - заметила актриса, когда ей задали вопрос о том, трудно ли подбирать партнеров. Хотя Алферова и не называла имен, приходит мысль об Абдулове. Ведь даже после развода Ирина Ивановна и Александр Гаврилович оставались прекрасным актерским дуэтом.
Как пишет "Комсомольская правда", в частной беседе с журналистом актриса с грустью сказала: "Саши очень не хватает. Таких сейчас не сыщешь".
Потеря одного из самых близких людей не заставила Ирину Алферову замкнуться в себе. Актриса нашла спасение от тягостных дум в работе. "Я очень много пьес читаю, нахожусь все время в поиске, - призналась Ирина Ивановна. - Найти хорошую - с диалогами, с глубиной - нынче почти невозможно".
Именно по этой причине Ирину Алферову нельзя увидеть и в бесконечных сериалах на ТВ. "На самом деле мне предлагают такие роли, большие деньги, но я не соглашаюсь на телесериалы. Мне не нравится то, что читаю в сценариях, и я отказываюсь. Хотя получать деньги очень хочется", - говорит актриса. "Я сторонник антреприз, - добавила Алферова. - Это поиск, новые темы. Например, мы играем спекктакль "Пижама для шестерых", который сделал редкий театральный режиссер Семен Спивак. Так в Питере люди записываются, чтобы его посмотреть. Если бы не было антрепризы, то у меня не было бы таких замечательных ролей и партнеров".
На вопрос о том, что для артиста важнее - семья или работа, Алферова однозначно ответить не смогла. "Все зависит от личности, но семья всем нужна, - сказала она. - В своей жизни я столкнулась с великими актрисами того поколения, для которых семья ничего не значила - только искусство. Я восторженно смотрела на них. Потом время шло, и мне стало жалко их, ведь это какое ужасное существование. Гораздо важнее, чтобы ребенок был с матерью и рос полноценным человеком. Нельзя этим жертвовать".
