Филипп Киркоров был одним из членов звездного экспертного совета в реалити-шоу Первого канала "Сердце Африки". Несколько дней, проведенных в экстремальных условиях, сделали артиста другим человеком. Воспоминания об Африке бередят душу певца и по сей день, пишет "Московский комсомолец".
"Сейчас, когда поездка позади, мы встречаемся с Андреем Малаховым и говорим в основном об Африке, - говорит Киркоров. - Мне рассказывали друзья, которые играли в "Последнем герое", что эта игра сродни болезни. Ее невозможно забыть. С нее начинается отсчет чего-то нового в твоей судьбе. И это очень похоже на правду. Сейчас вспоминаю свой шок, когда у меня отобрали сотовый телефон перед игрой. Казалось, все рухнет, если мобильник будет отключен три дня. И что получилось на самом деле? Оказывается, без многих звонков я могу запросто обойтись. На второй день я даже вздохнул с облегчением без мобильника". Теперь Филипп на многие вещи стал смотреть по-другому. "На себя в первую очередь, - откровенничает артист. - Я же, честно говоря, сам от себя не ожидал, что сюда приеду. Когда мне позвонили, я, ни секунды не колеблясь, выпалил: "Да!" Хотя потом до самого отъезда мучился вопросом: зачем? Вообще-то в душе я человек экстремальный. Обожаю американские горки — это адреналин, это по мне. И в космос хотел полететь. Здешние условия меня потрясли. Какие там комары… Это же Африка — не какая-нибудь экзотическая, а очень суровая. Но дал себе слово, что я все это должен пережить. Знал, что некоторые приезжающие не выдерживали, просили отвезти их ночевать в гостиницу. Но я, как и Андрей Малахов, спал вместе с ребятами. Ощущение очень непривычное — спальник на соломе, солома на земле. Всю ночь какие-то насекомые вокруг ползают. Лежишь и думаешь: господи, неужели я еще позавчера ночевал в гостиничном люксе и подмечал в нем недостатки?! А потом засыпаешь и спишь как младенец. Я уже и забыл, когда так высыпался. И еще я там не ел три дня. Хотелось себе доказать, что смогу. Я старался быть честным, сильным. Для меня главное не героизм, а… чудо. Я верю в сказки. Вот, говорят, что последний романтик — Валерий Меладзе. Значит, я — предпоследний. Наверное, поэтому для меня было важно появиться так: на катере, по бурному морю, вопреки объявленному в тот день штормовому предупреждению. Говорили, что это было очень рискованно. Но меня в тот момент опасности не волновали. Я решил для себя, что должен испытать все. Мне участники игры потом признались: они ожидали, что с океана в шторм мог приехать кто угодно, только не Киркоров. Ну конечно, я же ассоциируюсь с лимузинами и люксами…"
По словам Филиппа, во время пребывания в Африке у него обострились чувства. "Чувство соучастия, чувство единства… Начинаешь распознавать искренних людей или неискренних, - делится певец. - В какой-то момент меня захватила их жизнь. Я даже подумал: а не остаться ли здесь до конца игры…"
"Я очень хотел, чтобы с моим приездом им начало везти и они бы в конечном счете выиграли. Я такую задачу себе поставил, - откровенничает Киркоров. - Это был самогипноз. Но получилось так, что не только я принес им удачу, но и они мне очень помогли. Наверное, эту пользу нельзя измерить никакими материальными критериями. Это — для души, для опыта жизненного".
"Я вернулся в Москву позитивнее, - напоследок сказал певец. - И, может быть, то, что я растерял за многие годы в тусовке, здесь я заново приобрел".
