"Героиня" все понимает и по совету психолога пытается "отпустить ситуацию". То есть, готова согласиться с тем, что ничего эксклюзивного в ее случае нет, а следовательно, и трагедию тут строить не из чего. Она не дура, понимает, что только "молодым везде у нас дорога", что альфа-самцов мало, на них идет логически выстроенная облава нимф, которые "так прекрасны в свои восемнадцать"… Так, кажется, кричит Лепс?
Все поняла и приняла – умом и разбитым сердцем. Кроме одного – почему бывший муж отрекся и от сына? Как он может быть счастливым, зная, что его ребенок лишился привычного образа жизни, круга общения, друзей? В виноват сын? Ведь еще вчера отец обожал его, угадывал все желания… Неужели, с любовью к женщине, умирает и любовь к ребенку, которого она родила?..
Каждый раз, когда начинаю вести дело о назначении алиментов, тоже не могу понять – почему мужчины, за редким исключением, отказываются добровольно помогать оставленной семье, своему потомству? Примечательно, что "нерукопожатными" от этого они не становятся. Более того, близкое окружение полностью их поддерживает, осуждая "вчерашнюю" жену за алчность. А мужчины, чувствуя моральную безнаказанность, входят в раж…
Один мой знакомый на следующий день после развода уволился с работы, где платили "белую зарплату" и обнулил счета в банках. Это было очень предусмотрительно, ведь иначе с него взыскали бы треть доходов на содержание двух очаровательных крошек – дочек, которых до развода он боготворил… И никто из его друзей, я уж не говорю про новую пассию, не сказал ему в лицо: "Эй, чувак, это же твои дети!"
С другим "отцом" я познакомилась в одной компании, когда каталась на лыжах во Франции. По всему было видно, что человек он не бедствующий, и на редкость простой – представился Саньком. Саньку под пятьдесят, жизнь повидал, опыт приобрел. Потешно рассказывал байки и разные житейские истории, одним словом – душа компании. И вот как-то, всего лишь под глинтвейн, раскрасневшись, признался: "Хочу, чтобы у меня было десять детей!" Оказалось, мечта его почти сбылась – семь детей уже есть! Правда, имена их путает, на содержание не тратится – ни с одной из женщин, размноживших его гены, в браке не состоял. Спросила: "А зачем вам столько детей?" "Чтоб парковка в Москве была бесплатной!" – хохотнул Санек.
Если бы с Санька решили взыскать алименты в судебном порядке, это выглядело бы примерно так. Мировой судья, чаще всего – женщина – задавала бы стандартные вопросы истице, которая смотрела бы в пол. На суде все истицы почему-то смотрят в пол.
- Итак, вы хотите 25 процентов от дохода ответчика?
-Да.
- А в добровольном порядке ответчик, значит, платить не хочет?
- Совсем не хочет…
И тут Санек наверняка бы устроил "цыганочку с выходом".
- Уважаемый суд! У меня есть реабилитирующие основания – несовершеннолетние иждивенцы! – и выложил бы на стол судьи стопку мятых исполнительных листов о взыскании с него других алиментов на каких-то других детей…
Но это все воображение. На практике брошенные женщины чаще всего вообще не обращаются за алиментами. Возможно, надеются, что муж однажды одумается и вернется. А еще не хотят прослыть хищницами, боятся, что их осудят друзья и родственники мужа. А он перестанет общаться с детьми. И мало кому приходит в голову, что забота о ребенке – обязанность обоих родителей, и матери, и отца. Большинство отцов, которые добровольно отказываются платить алименты, уверены, что их деньги будут тратиться не на ребенка, а на безбедную жизнь бывшей жены – и не важно, с какой суммы будут взыматься эти алименты. Тут впору вспомнить про соломку, которую нужно стелить заранее, пока доход – еще как бы общий. И траты на детей – тоже. Поскольку, как тратится семейный бюджет и сколько реально стоит еда, одежда, репетиторы, отдых, развлечения детей, мужчины просто не знают. Ведь всем этим традиционно занимаются жены.
Предположим, дело о взыскании алиментов уже в суде. На что может рассчитывать российская женщина? У нас принято взимать 25% от дохода вне зависимости от того, сколько мужчина получает и сколько реально нужно на содержание ребенка. Если у отца "черный" доход или "серая" зарплата, то в минусе остается мать с ребенком, так как гарантированная сумма алиментов приближена к МРОТу, а это значит, что женщина "выбьет" на содержание ребенка не более 15 000 рублей. Если у отца высокий белый доход и его обязывают платить с него 25 процентов, то он чувствует себя несправедливо обиженным. И часто старается сделать все возможное, чтобы оставить ребенка себе… Такова российская действительность. В Америке, Европе и даже в некоторых странах Азии система гибче – сумма алиментов фиксирована. Ее определяют, учитывая уровень жизни, который был у ребенка в полной семье. Иногда просто считают привычные расходы на ребенка, но при этом учитывается и материнский доход. Мне кажется, разумно, но это не наша практика.
Справедливости ради нужно сказать, что в России ребенок нередко и матерью, и отцом воспринимается как объект – кто им "обладает", тот и в выигрыше. Иногда ребенок вообще становится бизнес-проектом, который необходим спутнице очень состоятельного мужчины, чтобы шантажировать его долгие годы. И многие действительно откупаются, лишь бы не получать огласки и повестку из суда на взыскание алиментов. Как защищаться мужчинам в таком случае?
Никак, если доход "белый". Можно снизить сумму алиментов – например, до 17 процентов, если на это есть основания, например, другие несовершеннолетние иждивенцы. Но с очень высокого "белого" дохода даже 17 процентов – это тоже немалая сумма. Психологически мужчинам тяжело с ней расстаться. И они начинают искать варианты. И такие варианты есть.
Стороны могут подписать соглашение о выплате алиментов, которое заверяется нотариально и приобретает силу исполнительного листа. В нем может быть зафиксирована твердая денежная сумма, иная, чем 25 процентов. Соглашение заверяется нотариально и принимает силу исполнительного листа. И хотя законом определено, что права ребенка не могут ущемляться снижением суммы алиментов по сравнению взысканными по суду, такого рода соглашения достаточно частое явление в моей практике. Умные женщины идут на это, предпочитая синицу в бумажнике журавлю на чужих Мальдивах, поскольку заботятся в этот момент не о сиюминутной выгоде, а о перспективе. Сохранить отца в жизни своих детей – бесценно, и это главная инвестиция в счастливое будущее своего потомства.