Закончилось телешоу "Народный артист" – главный и прямой конкурент "Фабрики звезд-3". Победителем шоу стал "русский парень" Алексей Гоман из города Мурманска. Признаться, такой выбор телезрителей меня поначалу очень удивил: ну что там такого, в этом Гомане, что было бы лучше похожего на немецкую телезвезду Александра Панайотова или солидного и харизматичного Алексея Чумакова – других финалистов шоу? Да ничего. Такое же удивление я испытала, когда фаворитом, а потом и победителем "Фабрики звезд-3" стал Никита Малинин, мальчик достаточно апатичный и скучноватый. Однако, немного поразмыслив, я поняла, что выбор телезрителей был вполне предсказуем. Более того, когда начнется какое-нибудь следующее телешоу из разряда "Звезда за месяц", я берусь на пари угадать его победителя после первого же эфира.
Ответ мне подсказала моя сестра Катя, вернее, ее комната, а если еще точнее – то даже и не вся комната, а плакат на стене. Моя любимая сестра – девушка прогрессивная, не то, что я. Она следит за модными веяниями в мировой поп-музыке и "отстойные передачи про хомячков" (ее выраженьице, характеризующее "Фабрику звезд" и "Народного артиста") не смотрит. В ходе слежения за мировой поп-музыкой, Катя покупает в киосках разные журналы, из которых, после внимательного прочитывания, извлекает сложенные, когда вдвое, а когда и вчетверо плакаты, которые и вешает на стену своей девичьей спаленки. Сейчас они там весят, наверное, слоя в три – и ни на одном (ни на одном!) плакате нет человека, который бы умел говорить по-русски. Я, признаться, никогда не интересовалась, кто именно висит у Кати на стене – кого-то из них я знала, кого-то нет, но каждому свое. Моя сестра тоже вряд ли знает, сколько всего альбомов у группы "Виа Гра" – а я пребывала в блаженном неведении относительно одного из мальчиков, изображение которого на стене показалось мне поразительно знакомым. "Кто это?" – спросила я, указав на заинтересовавшего меня юношу. "Джастин Тимберлейк" – ответила Катя, посмотрев на меня, как на умалишенную. Мне, как всегда, стало неудобно – я, конечно, знаю про Джастина Тимберлейка. Знаю, что он был солистом группы N'Sync, что водил роман с Бритни Спирз, что сейчас он очень популярен в Америке и даже, говорят, в Европе. Я даже слышала несколько его песен – постных и беспомощных, как писк брошенного кошкой новорожденного котенка. Но сейчас все это неважно. Сейчас важен тот факт, что Джастин Тимберлейк – кумир школьниц.
Итогом моих дальнейших размышлений за семейным ужином стала следующая теория (не знаю, как она вам покажется, но я готова проверить ее справедливость экспериментальным путем).
Поп-сцена не безгранична. В каждый определенный момент на ней существует некоторое количество востребованных публикой образов. Например – образ настоящего русского мужика, предлагаемый Николаем Расторгуевым. Или образ величественной старухи, который показывает Алла Пугачева. Или образ расписного фрика Филиппа Киркорова. Давайте представим себе, что вдруг появляется еще одна романтическая татарская девушка с томными глазами. Примет ее публика? Вряд ли – ведь уже есть Алсу, зачем еще одна Алсу? А если появится еще один двухметровый парень в шитом золотом халате – разве захочет его публика? Нет, не захочет – Филипписсимус Первый и Последний у нее уже есть. Зато есть и вакантные места – например, есть такая певица Акула (продукт продюсерского гения Сергея Жукова из группы "Руки Вверх"). Поначалу певица Акула пела в образе нерадивой пэтэушницы из соседнего подъезда, а потом вдруг взяла и стала как Аврил Лавин – напялила на себя вязанную шапочку и стала колотить молотком стекла в автомобилях. Получилось не очень, но попытка показательна: образ Аврил Лавин на нашей поп-сцене никем не реализован, его вполне можно занять.
Заметьте, я говорю не о музыкальной составляющей, а именно об образе. В телешоу, подобных "Фабрике звезд" или "Народному артисту" первое впечатление строится именно по визуальному образу – и в этом принципиальное отличие от привычного механизма существования шоу-бизнеса, когда изначально человек слышит песню (по радио, на пластинке, даже и в клипе). И публика голосует, вероятно, за внешность. Тем более, если учесть качественный состав этой публики.
Я видела этот качественный состав как на выпускном концерте "Фабрики звезд", так и на гала-концерте "Народного артиста". В основном это девочки в возрасте 13-15 лет. Вот активная аудитория подобных телешоу. Вот те, кто определяет выбор. Девочкам в таком возрасте вряд ли очень важно, как именно поет их кумир. Их волнуют совсем другие вещи, и если к финалу телешоу приходят мальчики, то победителем обязательно окажется мальчик. И скорее всего этот мальчик будет похож на того, что изображен на большом плакате, висящем у девочки на стене. Похож не лицом или пением – а реализуемым образом. Когда публика выбрала "народным артистом" Алексея Гомана, перовая мысль, которая пришла мне в голову, была: "чем-то он смахивает на Никиту Малинина". Когда же я увидела плакат на стене спальни своей сестры, я поняла, за кого голосовали девочки, отдавая свои голоса за Малинина и Гомана. Они голосовали за Джастина Тимберлейка.
Маша П. - Пишите...
