На протяжении 1990-х годов наш спорт существовал не "благодаря, а вопреки". И вот, наконец, недавние успехи наших ребят в теннисе, плавании и других видах спорта позволили заново гордиться российскими победами. Своими мыслями о путях развития отечественного спорта поделился с Алексеем Жаричем один из самых известных русских хоккеистов Павел Буре. – Павел, с вашей точки зрения, какие произошли изменения в российском спорте за последние четыре года?
– Я считаю, что сейчас идет очень большой подъем отечественного спорта. Это происходит благодаря тому, что президент России Владимир Путин и руководство страны стали уделять большое внимание спорту, который активно финансируется и поддерживается. Как все мы помним, в начале 90-х развитием российского спорта фактически никто не занимался, и он выживал за счет того, что было создано раньше, во времена Советского Союза. Потом все сошло на нет.
– Внимание власти к определенным видам спорта имеет положительную тенденцию. В свое время Борис Ельцин привил стране любовь к теннису…
– Да, Борис Николаевич любил теннис, который считался президентским видом спорта, и поддерживал его. К сожалению, тогда другие виды спорта не были охвачены вниманием. Хотя президент Путин и любит дзюдо, горнолыжный и конный спорт, но он пошел другим путем и принял решение поддержать спорт в целом, не разделяя его на любимые или нелюбимые виды.
Владимир Владимирович достаточно дальновидный человек и знает, что, поддерживая спорт, нельзя ограничиться каким-то одним направлением. Я же лично считаю, что необходимо поддерживать и физкультуру. Ведь если люди будут ей заниматься, то они будут здоровее. Если они будут здоровее, значит, они будут лучше работать, будет рост экономики. Это прямая и весьма простая связь. Если вкладываешь в массовый спорт, то вскоре получишь значительную отдачу. Я всегда говорю, что надо не только поддерживать профессиональный спорт, но и обеспечивать то, чтобы простые люди могли заниматься спортом.
– А как же профессионалы? Откуда они возьмутся? Вырастут сами по себе?
– Если физкультурой занимаются 10 человек, то из них, может быть, никто и не вырастет до больших высот. А если физкультурой занимаются 1000 человек, то хотя бы один-два вполне смогут стать суперзвездами. И еще немаловажный аспект: ответственность мировых спортивных звезд перед страной, воспитавшей их. Я считаю, что в первую очередь те люди, которые достигли вершин в мировом спорте, представляют свою страну. Так сложилось, что, к примеру, ни наших артистов, ни наших певцов за рубежом никто не знает. Знают только больших политиков: Путина, Ельцина, Горбачева... Но есть россияне, которых знают все от мала до велика – это наши спортсмены. Поэтому важно, став мировой звездой, всегда помнить, что ты в первую очередь россиянин.
– Но ведь это накладывает определенную ответственность?
– Конечно. Важно понимать свою ответственность перед страной, перед ее гражданами. Ведь выступая на Западе, являешься лицом России. Хотя, как ни странно, многие иностранцы до сих пор верят, что у нас ходят медведи по улицам и бабушки в платочках сидят на завалинках…
– В вашей деятельности присутствуют миссионерские функции?
– На определенном этапе моя работа перестает быть чистым спортом. Наступает момент, когда ты уже становишься своеобразным послом своей страны. Люди начинают с тобой общаться, становятся друзьями, ты их приглашаешь, потом кто-то вкладывает деньги в нашу экономику. Ты знакомишь их с россиянами, выступаешь в качестве гаранта, и они, естественно, заинтересованы в том, чтобы вложить деньги в нашу страну. Видите, дорога идет от спорта к экономике. И еще раз подчеркну, что для меня лично очень важно то, что делает президент Путин, – он поддерживает и профессиональный спорт, и массовую физкультуру, заботясь об оздоровлении нации.
– А вы говорили на эту тему с президентом?
– Я не раз встречался с президентом, и мы говорили об Олимпиаде, но, конечно же, затрагивали и тему массового спорта. Поймите, я не пою дифирамбы Путину. Но хочу сказать: несмотря на то, что он руководитель такой огромной страны, Владимир Владимирович остается нормальным человеком, и когда с ним общаешься, то через пять-семь минут забываешь, что перед тобой президент великой державы. Видишь перед собой умного и вдумчивого человека, который тебя понимает безо всякого пафоса. Мне ведь приходилось встречаться с разными людьми, и часто я наблюдал, как какой-нибудь местный начальник сидит и строит из себя большого босса. Это очень некрасиво. Многим чиновникам имеет смысл поучиться общению с людьми у Путина.
– Давайте вернемся к миссионерской функции звезд… На Западе спортсмены уделяют благотворительности очень много внимания и считают это важной частью своей карьеры. Что происходит с благотворительностью у нас?
– Я считаю, что надо помогать в первую очередь детям и ветеранам. Потому что дети еще не в состоянии сами себя обеспечить, а ветераны – это те люди, которые уже все отдали стране. Поэтому я занимаюсь благотворительностью только по отношению к детям и ветеранам. Ветераны российского хоккея – это отдельная и трагическая тема. Больно видеть, когда они еле ходят, у них у всех все болит…
– На ваш взгляд, положение улучшилось?
– Я считаю, что ветеранами спорта в первую очередь должно заниматься государство в лице Госкомспорта, у которого есть свой бюджет. Ведь я даю деньги из своего личного кармана. А он с бюджетом несопоставим. В реальности получается так, что все говорят: вот какие у нас раньше были титаны, выигрывали по три Олимпиады, по десять чемпионатов мира. Но ведь сейчас эти герои спорта остались у разбитого корыта! Или в Госкомспорте считают, что им помогать не нужно? Но ведь ветеранов спорта не так много, их единицы, среди которых многократные олимпийские чемпионы.
– А вы думали о том, чем займетесь после окончания спортивной карьеры? Вы будете жить в России?
– Москва – это мой дом, я здесь родился и вырос и собираюсь здесь жить всю жизнь. Когда я уезжал играть на Запад, то это была всего лишь длительная командировка на шесть-семь месяцев, а остальное время я проводил здесь, в России.
– Предложения о политической карьере поступают? Вас зовут в партии?
– Ну, естественно, предложений очень много от разных партий, политических движений. Но на сегодняшний день я сам по себе и не хочу ни от кого зависеть.
– Давайте вернемся к спорту. В этом году Кубок мира по хоккею. И вновь возникают трения между нашими игроками в НХЛ и Федерацией хоккея России. Вообще, и в футболе, и в хоккее происходят странные вещи: постоянные трения между игроками и чиновниками. Страдает ведь имидж страны…
– Я с вами согласен, но считаю, что выступать за свою страну – это огромная честь и привилегия. Если тебя приглашают выступать в сборную– будь это чемпионат мира или Олимпийские игры, или Кубок мира, – ты должен быть горд. Поэтому для меня всегда было самым главным выступить за свою страну. Мне без разницы, кто был руководителем федерации, главой Госкомспорта, тренером сборной. Я, когда выходил на лед, играл за свою страну.
Хочу привести пример того, как было в Ногано. Да, в финале мы проиграли чехам волей рикошета, но когда встречаются две такие мощные команды – это уж кому повезет. Тем не менее, я считаю, что у нас тогда собралась за последние 10 лет самая сильная команда, и именно как команда она была лучшей среди выступивших тогда на Играх. Будучи тогда капитаном, на вопрос "кого брать – кого не брать?" я отвечал, что надо брать тех, кто по-настоящему хочет играть, без каких-то своих условий. Я считаю, что если ты хоккеист, не твоя прерогатива решать, кто будет председателем федерации или старшим тренером. Для меня всегда было важным приехать и выступить, и не важно, кто был начальником (Фетисов, Михайлов или Стеблин), – мне без разницы. Так было для меня и для тех ребят, которые играли в Ногано.
Состав подбирался по принципу - хочешь ты или не хочешь. И на первом собрании с ребятами в Ногано мы сказали друг другу: "Мы приехали, у нас есть наш начальник, а начальник, как капитан на корабле, должен быть один". Потом, когда остались уже одни игроки, решили: "Ребята, давайте, что бы нам ни препятствовало, что бы нам ни нравилось, не обращать внимания, а играть". А ведь мы там жили по семь человек в комнатушке. Хотя те ребята, которые приехали, могли себе позволить в лучших апартаментах жить, но все были в одинаковых условиях. И канадцы тоже, тот же Грецки так жил, тот же Лемью… Нравится тебе это или не нравится, ты должен свое "я" убрать, потому что мы делаем это ради нашей страны, ради нашего народа. А потом, после чемпионата, вы можете высказывать, что вам не понравилось. Я считаю, что из-за этого у нас и была такая слаженная команда. А руководство должно создавать атмосферу, чтобы все были как один, а если каждый будет тащить одеяло на себя, ничего хорошего не получится.
– Значит, ехать должны только те, кто искренне хотят играть за Россию без лишних условий?
– Я считаю, что да.
– Ведь и уровень российской суперлиги вырос, можно и оттуда пригласить ребят побольше…
– Мне не нравится разделение на энхаэловцев и тех, кто играет здесь. Мы все русские. Поэтому должны ехать те люди, которые на сегодняшний день являются сильнейшими в нашем хоккее. Без разницы, где они играют, хоть в Японии. Плюс эти люди должны по-настоящему хотеть играть. Вот, например, говорили, что у нас вратаря нет… А на самом деле Михаил Шталенков отстоял великолепно, прыгнул выше своей головы. А в том, что в финале забили гол, его вины нет. Говорили, что Гашек самый лучший, а я считаю, что Шталенков был не хуже…
– Хорошо. Поговорим о победах. Например, в теннисе. Что вообще произошло, почему вдруг мы начали брать самые-самые вершины?
– Все закономерно. Например, когда я был маленьким, даже в Москве, не говоря о провинции, нельзя было вообще пойти поиграть на корт, их просто не было. Так как я в ЦСКА "рос", у нас были корты рядом, но время на них было расписано "от" и "до". И даже профессионалы тренировались, деля один корт вдоль пополам. Мы играли иногда во дворе, чертили корт на асфальте, а о сетке и речи не было. Когда Борис Николаевич начал заниматься теннисом, тогда стали много теннисных кортов строить, уделять больше внимания теннису, это вошло в моду. И вот что получилось: если раньше могли заниматься 10 человек, то теперь стали заниматься 1000 человек… И вот результат – выросли чемпионы Сафин, Мыскина, Шарапова…
– Которой Путин после победы позвонил…
– Меня это не удивляет, потому что он очень внимательный человек. Я считаю, что это огромный успех нашего тенниса – две победы подряд. Уимблдон мы вообще первый раз в истории выиграли, этого же никогда не было! И опять: та же Шарапова живет в Америке, но она же русская, она все равно представляет Россию, и по ней будут судить, какие у нас девушки способные. И симпатичные. И мы все горды за нее, за ее успехи, и еще она выступает "послом" нашей страны.
– А ведь некоторые спортсмены, уезжая, меняют флаг, выступают за другую сборную…
– Знаете, у многих свои причины на это есть. Вот, например, Марина Анисина, выступающая за Францию. У нее была такая ситуация, насколько я знаю, что ее просто в нашу сборную не взяли, и она уехала во Францию вынужденно. У каждого своя история, у каждого своя жизнь. Здесь сложно судить, надо брать конкретную ситуацию.
– Павел, а какие ваши прогнозы по Олимпиаде. Чего ожидать?
– Все будут болеть и надеяться, что наши выступят достойно. Мы всегда на Олимпиадах выступаем очень хорошо. То, что у нас будет золото (и не одно), я в этом уверен, потому что есть у нас и сильные боксеры, и борцы. В плавании, надеюсь, Саша Попов что-то выиграет. Я вообще верю в наших ребят. И в нашу страну. Материал любезно предоставлен редакцией журнала "ВВП"
