Как заполучить Казанову

Что происходит с 43-летним мужчиной, когда любовь поворачивается к нему лицом? Именно на эту тему за ужином жарким майским вечером вывел меня разговор с приятелем Сашей. Услышанная история была не пустым бахвальством Казановы, тонко интригующего примерами, желающего склонить дамочку-журналистку (т.е. меня) к банальному совокуплению. Нет. Знакомство было многолетнее, и истоком дружбы являлась работа в команде. Вся Москва в 1996 году съезжалась на огромную открытую площадку с гигантским экраном возле велотрека. Народ желал, не выезжая за пределы Крылатского, жить по-американски, по буржуазной заморской моде, с шиком глядеть голливудские фильмы не выходя из машины. Пахала я при этом "Кинодроме" как пчелка на хлопотной должности пресс-атташе. Саша блистал в качестве генерального директора "Кинодрома" и креативил на тему буржуазного вида отдыха для бывших советских граждан. Плодотворное и интересное сотрудничество прервало изменение в моем статусе. Я вышла замуж, но дружба и доверительные отношения между мной и бывшим руководителем, перешедшим в ранг друга, сохранились. Это была наша ежемесячная посиделка-сплетница. Было около десяти вечера. На десерт Саше принесли ароматный фруктовый кальян, а мне яблочный пирог. Откинувшись на спинку дивана после первой затяжки, друг произносит то, что для него являлось жизненным кредо и имело отношение к его бесконечным романам: "Мужчина – шмель, который разносит по цветам (женщинам) пыльцу". Фраза звучала не по адресу… хотя другу (не своему же мужу!) дано право на любые утверждения такого толка. Предвидя мое недоумение, Саша продолжил: "Представляешь, чуть не влюбился!" Это звучало как "чуть не попался!". Яблочный пирог не повлиял на мои профессиональные замашки, и я навострила уши. Остроумный и интересный рассказчик, он, видимо, готов был сейчас мне поведать что-то важное. Предчувствия меня не обманули, и вот что я услышала от Саши. "Года два я хожу по четвергам в баню. На самом деле это место, куда стекаются мужики посреди недели, чтобы расслабиться. Случайных людей тут не бывает. Только те, кто по много лет знакомы, повязаны общими интересами в бизнесе и связями.

Главная, но очень приятная мелкая деталь, ради которой сюда приходят мужчины, – это разнообразие в выборе прелестниц. Банно-помывочное заведение являет собой сверхдорогущее место, поэтому руководство клуба трепетно подходит к проблеме удовлетворения вкусов и пристрастий сильной половины в слабой. В счетах с большим количеством нулей услуги девушек составляют существенную часть, поскольку даже болтовня за чашечкой кофе с клиентом была не бесплатной. По-моему, закрытость этого заведения и допуск в него избранных можно сравнить с членством в масонской ложе. Услугами девушек, расцвечивавших собой это пространство, я никогда не пользовался. Своего личного бабья за стенами клуба было нажито валом. Но однажды я увидел там девушку, заставившую сфокусировать на ней взгляд, а потом и мысли. Смуглая, с каштановым цветом волос, она захватила все мое внимание. Красивая форма ног, большая грудь, тонкость в талии и "ореховая" выпуклость сзади. К тому же представительница концентрата сексуальности обладала красивым интеллигентным лицом с легким налетом восточной грусти в приспущенных уголках глаз. Ее образ притягивал к себе и затягивал как зыбучий песок. Опасаясь, что кто-то может меня опередить, поспешил подойти к ней и позвать за свой столик. Оценивающий взгляд из-под густых ресниц, молчаливый кивок в знак согласия и грациозная поза с закинутой ногой за ногу на стуле. Ну и штучка, заценил я. Майсун в переводе на русский значило "обладающая красивым лицом и телом". Имя шло ей и выдавало восточное происхождение. Как с собеседницей мне было с ней комфортно. Отвечала так, как хотелось бы мне, и впопад смеялась шуткам. Короче, мой мужской интерес разогрелся не на шутку и стал зашкаливать в проявлении симпатии. По моей поднятой руке сообразительный менеджер принес ключ от 216 номера, если судить по его шепоту, последнему из свободных на сегодняшний вечер…" Саша передохнул, а потом, повернувшись всем телом ко мне, заговорил, сверкая голубыми глазами, быстро и взволнованно. "Не дав возможности гормону счастья съесть себя заживо, после той ночи выкинул листок с номером мобильного телефона Майсун. Вскоре пришлось несколько месяцев провести в телевизионной экспедиции. Бежал, откровенно говоря… Вся беда заключалась в том, что ей было со мной хорошо! Я это прочувствовал. Не хочу... боюсь любви… Понимаешь, обожгла меня она…" Понимающе прикрыв глаза, подтвердила свою осведомленность в этом вопросе. Приободренный, он продолжил свой рассказ. "Но стоило переступить порог клуба после этих нескольких месяцев, как я увидел Майсун. Молча она подошла вплотную ко мне, обняла и поцеловала в губы. Меня накрыло от знакомого вкуса зыбучего песка. Мы не выходили из уютной однокомнатной квартирки Майсун в Крылатском три дня. Когда я наконец нашел в себе силы выйти на улицу, сесть в машину и повернуть ключ в зажигании, глаза сами собой нашарили окно, в котором виднелся силуэт Майсун. Заскочив домой, чтобы переодеться, я позвонил матери, получил от нее втык и помчался на работу. Помощница коротко отрапортовала, что сегодняшней ночью я, как режиссер и директор фильма, вместе со съемочной группой отбываю снимать фильм о дельфинах для канала "Культура". Засаднило сердце, но тут же угодливо мелькнула мыслишка: "Может, так и лучше?" Времени осталось два часа на сборы. Набрал телефон Майсун и объяснил, что приехать не смогу, потому что улетаю в экспедицию. Она спросила, когда обратно. Я и вправду не знал, поэтому ответил, что перезвоню. В срок мы фильм не отсняли, и командировка была продлена еще на две недели. По несколько раз в день я получал СМС от Майсун, иногда коротко отвечая "Да" или "Нет". Она писала английскими буквами русские слова любви и иногда из этого выходила абракадабра. Мое сердце и тело стремились к ней, разум же заставлял спорить со сценаристами, строить болванов-операторов, выбивать деньги на пролонгацию сметы. Разбалансировка между умом и чувствами доконала меня, и, не задумываясь о последствиях, я помчался в Москву. Сообщив по телефону Майсун, что приду ночью, услышал в трубке ее радостные восклицания. На часах было четыре утра, когда я подъехал к ее дому. Телефон не отвечал, а номер квартиры, как оказалось, я не знал. Промаявшись около часа на автомобильной площадке около дома, непрестанно набирая номер Майсун, в какой-то момент почувствовал навалившуюся усталость…и облегчение. Этим же самолетом я улетел обратно. Отсутствие руководства (то есть меня) съемочная заметить не успела. От Майсун пришла СМС: "Y teby wdala vsu nohh. Potom usnula. Pohemu ti ne priexal?" Что-то не давало мне возможности расслабиться, поверить в искренность недоразумения, и я больше не ответил и не позвонил. Мне так было удобней". Саша положил трубку кальяна, отхлебнул немного чая и, разглядывая края чашки, тихо докончил свое повествование. "Знаешь, в этот клуб я теперь ни ногой. Да и случайно всплыло то, что с этой Майсун встречался какой-то женатый авторитет, была у них любовь-морковь, а недавно он бросил ее. А тут я нарисовался… Может, в ту ночь, когда я прилетел, она трубку не брала потому, что этот авторитет ночевал у нее?.." Я так не думала, но спорить не хотела. Постепенно бодрое состояние духа стало возвращаться к Саше, по мере того, как воспоминания оставляли его, он превращался в уверенного в себе весельчака и балагура. Миссия шмеля удобна. Ни за что не отвечаешь. Продолжение Сашиного рода обеспечили ему две женщины. Сыну 18, а дочери, живущей с матерью в Италии, 20. Нам принесли счет, и в этот момент позвонил мой муж. Он хотел лечь спать, но волновался, что поздно, а дома меня нет. Мысленно возблагодарив Боженьку за то, что он послал мне не блестящего шмеля, а заботящегося обо мне зануду, ответила, что лечу к нему на крыльях любви. В трубке повисло недоуменное молчание… Расцеловавшись, каждый сел за руль своего транспортного средства. Я – малолитражки, Саша – ручной сборки мотоцикла. Друг летел на ночное рандеву, а я домой к мужу.