1 марта, за целую неделю до международного женского дня, в моей маленькой девичьей жизни засиял духовный негасимый свет. В тесном коридорчике московской галереи ArtPlay, между входом в гардеробную и поворотом на простывшее, как холодильник колбасного завода кафе "Кекс", я встретила Романа Аркадьевича Абрамовича.
Он шел в окружении многочисленной охраны, улыбающийся, небритый и приятно пьяный. Он двигался мимо меня, в немом восторге прижавшейся к холодной шершавой стене, прямо к лестнице, вход на которую был открыт лишь сильным людям, а остальных отсекали добродушные на вид мужчины с полупрозрачными проводами в оттопыренных розовых ушах. Эта лестница вела в небо. Кроме Романа Аркадьевича по ней поднялись генеральный директор Первого канала Константин Львович Эрнст и его супруга, генеральный директор телекомпании ВИД Лариса Васильевна Синельщикова. А внизу, в прокуренном длинном зале, похожем на пустой цех заброшенного регионального завода, толпились люди масштабом поменьше – журналисты, телезвезды, модные сценаристки, продюсеры, светские надоеды, музыканты, поэты и дорогие проститутки. Все они, от Романа Абрамовича до последней умирающей от значительности происходящего семиклассницы собрались в этом зале по одной причине – двадцатидевятилетняя богиня-покровительница России, девушка с восточным лицом и сложным именем Земфира Талгатовна Рамазанова собиралась презентовать публике свой новый, четвертый альбом. После маловразумительной пресс-конференции, во время которой робкие корреспонденты мелких газет со страхом смотрели за Земфиру и боялись раскрыть рот, а Капитолина Деловая своим жестяным голосом пугала их еще больше, началось томительное ожидание шоу, во время которого певица сидела в окне второго этажа, рискуя свалиться с четырехметровой высоты, и болтала со своими музыкантами. Я не слишком длинное предложение написала? Земфира вышла на сцену в 21.27, вся в черном и с большим мегафоном в руках. Под тяжелые хэви-металлические рифы девушка приставила мегафон к губам и выплеснула из себя ставшую уже харизматичной фразу о том, что она знает, для кого поет певица Валерия. Зал начал сходить с ума прямо в эту минуту. На подиум, куда попадали люди второго сорта (люди первого сорта сидели там, где Абрамович) из зала полезли девочки, девочки, девочки. Казалось, что девочки были везде, что они размножаются делением прямо в зале и ровным слоем распространяются по стенам, поддерживающим кровлю колоннам и даже по потолку. "Этот город заполнен деньгами и проститутками" – рубила в свой мегафон Земфира, а на трех огромных экранах, висевших вдоль глухой стены клуба, показывали заседание правительства. Что-то говорил президент. Это не потому, что политическая акция – а просто так совпало. По телевизору показывали новости. Каждый второй зритель в зале держал в вытянутой вверх руке мобильный телефон с включенной камерой. Каждый первый держал такой телефон в невытянутой руке и лихорадочно строчил SMS-ки своим не столь удачливым в плане попадания на концерт приятелям. "Я думала я ваша любимая певица но..." – заигрывала с залом Земфира, меняя гитару на синтезатор и попивая коньяк из красивого бокала. Рената Литвинова в зоне для людей второго сорта напряженно улыбалась вертящимся вокруг нее саморазмножающимся девочкам с воздушными шариками в руках. Когда она запела "Прогулку", в зале практически не осталось вменяемых людей. Я прыгала от восторга, потому что в концертном исполнении эта песня оказалась даже лучше, чем в записи, хотя куда уж лучше? Я впервые в жизни видела, как зрители скандируют: "Спасибо!" Не "Браво", не "Бис" и не, прости Господи, "Ура!", а просто – "Спасибо!" И все происходившее в этот вечер в малоизвестном клубе ArtPlay на улице Тимура Фрунзе, доказывала одну простую мысль – Земфира по-прежнему остается певицей номер один в России, и ни странный альбом "14 недель тишины", ни 3-х летний перерыв в студийной работе никак не отразился на нашем ее восприятии. Я ничего не хочу писать про альбом "Вендетта" по той причине, что каждый человек должен прослушать его сам. На меня он произвел впечатление чудовищной бездны, наполненной квинтэссенцией человеческой жизни. Концентрированная правда – вот что такое альбом "Вендетта". После одного прослушивания этих 15-ти песен мне показалось, что я прожила длинную и сложную чужую жизнь. После второго прослушивания я прожила еще одну жизнь, совершенно не похожую на первую. И так каждый раз. После одного дня прослушивания альбома "Вендетта" мне показалось, что я Будда, испытавший тысячи перерождений. Это, знаете ли, тяжелое испытание. Но каждый должен пройти это испытание сам. Земфира отомстит каждому из вас по-своему. Потому что альбом Земфиры "Вендетта" – это самое лучшее из того, что произвела русская музыка за все время моей недолгой жизни. И я совсем не понимаю, что теперь будут делать другие русские музыканты, и на черта они вообще все теперь сдались.
