Знакомый рассказывал мне, что в популярнейшей русской газете существует строгое редакционное правило: если в статье упоминается Алла Пугачева, то материал выносится на первую полосу. А новосозданный сервис "Яндекс-новости", собирающий информационную картину дня, на запрос "Алла Пугачева" выдает 5 новостей только за последние три дня. В чем феномен этой удивительной женщины? Почему даже сейчас, когда хорошая новая песня в ее исполнении появляется раз в три, а то и в пять лет, она по-прежнему остается самым популярным человеком в стране, рейтинг которого в сравнении в рейтингом президента Путина выглядит как галактика в сравнении с молекулой?
Это интересные, но не строго формализованные вопросы задавал себе, наверное, каждый отечественный журналист. Ну пусть не каждый. Пусть каждый второй. Или каждый третий.
Важно то, что никто не находил достоверных ответов на эти вопросы. Потому что на то он и phenomenon, "редкое, необычайное явленье", по меткому определению Владимира Ивановича Даля.
Когда 15 апреля 1949 года в семье Зинаиды Архиповны Одеговой и Бориса Михайловича Пугачева родилась вторая, очень желанная дочь (первый их сын умер годом раньше от дифтерии), никто не мог и предположить, что эта девочка, родившаяся с хирургическим заболеванием горла, станет одним из главных культурообразующих элементов самой большой в мире страны. Никто не знал, что однажды она превратится в "бездарную девицу", "самодеятельность" (по словам председателя ревизионной комиссии Союза композиторов Чаплыгина), "хулиганку" (после скандала в питерской гостинице "Прибалтийская"), "примадонну" и "живую легенду" (стараниями некоторых особо подобострастных журналистов), даже в "Аллу Боруховну Михельсон" (ну, это понятно).
Пугачева стала знаменитой не в один миг, она долго и последовательно шла к своей славе - через музыкальное образование, через тайные записи на радио, через поездки в геологические партии и концерты в сельских домах культуры. Эта совсем не красавица с совсем не модельной фигурой постепенно проникала в сознание малообразованной в музыкальном плане советской публики, однажды закрепившись там с великолепной и до сих пор мало кем (кроме нее самой) превзойденной песней "Арлекино".
С этого момента власть Пугачевой над своим народом стала безграничной. Все, что она делала, воспринималось как откровение; даже близко никто не мог приблизиться к музыке и той манере, в которой выступала Пугачева. Было открытое в глазах зрителей соперничество с Софией Ротару – но София Ротару никогда не пыталась выйти за рамки существующих традиций. А Пугачева постоянно ломала эти традиции. Если вспомнить ее феноменальные альбомы, - "Зеркало души", "Как тревожен этот путь" и "Пришла и говорю", - покажется невероятным, что практически все это (кроме паулсовской части "Как тревожен этот путь") написала она сама – настолько разнообразна, сложна и просто восхитительна эта музыка. Когда я впервые случайно узнала, что песни в "Иронии судьбы" поет Пугачева, я была потрясена – мне и в голову не приходило, что это может быть она: настолько не похожи эти песни на остальное ее творчество.
Пугачева потрясала и завораживала: невозможно было себе представить, что один человек может быть постоянно разным и столь непредсказуемым. При этом всегда было удивительно, что наибольшей популярностью пользовались наиболее дурацкие и дебильные песни в исполнении этой поистине гениальной певицы – какие-нибудь "Миллион алых роз", "Все могут короли" или "Эй вы там, наверху". А великие песни "Не отрекаются любя", "Песенка про меня", "Женщина, которая поет", "Бубен шамана", "Лестница", "Как тревожен этот путь", "Пришла и говорю", "Святая ложь" всегда были где-то на вторых ролях, всегда были известны лишь тем, кто слушал Пугачеву всю, запоем, а не только то, что крутилось по телевизору.
Конечно, перечислить и систематезировать весь репертуар Пугачевой - как величественный, так и проходной - попросту невозможно. Одно только коллекционное издание, выпущенное много лет назад и включавшее в себя далеко не все песни, содержало тринадцать кассет – то есть, около ста пятидесяти песен.
Я помню, что мне всегда было смешно, когда при мне говорили о том, что Мадонна – самая главная певица в мире. С точки зрения поп-культуры я с этим безусловно соглашаюсь. Но при всей международной популярности Мадонна в плане таланта такой ребенок по сравнению с Пугачевой, что об этом даже и говорить странно. Вопрос в другом, и вопрос этот основной и суровый. Вопрос в том, что Мадонна, при всей своей посредственности, продолжает стараться быть первой. С каждый своим новым альбомом она старается выдумать что-то такое, чего до нее никто раньше не делал; иногда - успешно, иногда - не очень. Но она пытается. Потому что если она этого не сделает, публика забудет ее через год. Вспомните судьбу Майкла Джексона, пьедестал которого казался недосягаемым. Где теперь Майкл Джексон? Там, где боится оказаться Мадонна – в забвении.
Но Пугачевой все равно. Ей забвение не грозит. Пугачева давно уже забила на все. Вот уже более десяти лет она записывает ужасные песни вроде "Мадам Брошкиной", "Настоящего полковника" или "Речного трамвайчика". Песни, которые достойны только второсортного провинциального радио, песни для буфетчиц и портовых рабочих. Не подумайте, что я имею что-то против буфетчиц и портовых рабочих, но когда Дольче и Габбана станут шить кухонные передники, а Bentley выпустит портовый автопогрузчик, тогда и придет черед великим певицам петь песни только для этой социальной категории. Потому что ни для кого кроме буфетчиц и портовых рабочиц эти опусы, конечно же, не годятся.
Не надо думать, что Пугачева утратила талант. Она может петь как чужие ("Позови меня с собой", "Не обижай меня"), так и собственные великолепные песни ("Любовь"). Почему же Алла Борисовна столь пренебрежительно стала относиться к той части своей публики, что воспитана на красивых мелодиях и грамотно составленных текстах? Быть может, она устала. Быть может, она постарела. Быть может, она просто экспериментирует с народной любовью – но как-то уж очень жестоко. Но, скорее всего, она просто поддалась на эту любовь. Поддалась абсолютно и бесповоротно.
Заметьте, что при всем ее чудовищном репертуаре последних лет, Пугачева остается самым популярным человеком в стране, за каждым шагом которого пристально следят сто пятьдесят миллионов человек. Может, из-за такой преданной и слепой любви у великой певицы и снесло крышу? Ведь если бы ее песни последних лет не имели такого широкого спроса, то ей пришлось бы поменяться. Выходит, народ сам заслуживает "Мадам Брошкину" и "Настоящего полковника" - просто потому, что он их потребляет. Какой народ – такие у него и великие певицы.
А мне вот жалко ту Пугачеву, которую я в силу своего возраста практически не застала. Мне ее не хватает. А вы, уважаемая публика, отняли ее у меня. Вы разодрали ее на кусочки, как болельщики форму футбольного нападающего. Вы расставили эти кусочки на своих дурацких трюмо рядом со слониками, вы заставили ее петь про уродов, а не людей, вы сделали главным ее атрибутом Филиппа Киркорова, а вторым главным ее атрибутом - Кристину Орбакайте, вы наплевали и растоптали все наследие действительно великой певицы, вы оставили от нее только "заливную рыбу", вы поете ее песни на своих отвратительных пьянках, вы потребляете ее с помощью японского извращения "караоке". Что же, кушайте. Не подавитесь. А когда Пугачева умрет от старости – спляшите на ее могиле "Мадам Брошкину".
Вы сами этого хотели.
Маша П. - Пишите...
