Больше десяти лет назад, в самом начале девяностых, на улице академика Королева в Москве, прямо напротив телевизионного центра в Останкино появился большой рекламный щит с фотографией воздушной девушки и надписью: «Валерия. Певица, которую все ждали». Никто ее, конечно, не ждал. В то дикое для российской поп-музыки время певцы и певицы появлялись сразу десятками, исполняли по одной плохой песне и сразу же исчезали, как будто их и не было. Поэтому самоуверенное до наглости заявление о том, что вот, дескать, вам то, что надо, воспринималось достаточно отрицательно. Тем более, что долгожданную певицу до того, казалось, никто не слышал. На самом деле, слышали. Впервые страна увидела еще не Валерию, а просто Аллу Перфилову, в восемьдесят седьмом году, на чрезвычайно популярном тогда эстрадном фестивале «Юрмала». Исполница тогда получила два странных диплома: как самая юная и как самая обаятельная участница. О ее пении ничего сказано не было, хотя в то время она училась в Гнесинском институте по классу эстрадного вокала у Иосифа Кобзона и Гелены Великановой. Как Валерия она появилась впервые в телепередаче «Площадка Музобоза» подвижника и окультуривателя русской попсы Ивана Демидова. На железную лестницу вышла серьезного вида женщина, которая развела руками и исполнила песню «The Sky Belongs To Me». Мало того, что песня была на английском языке, так она еще была сделана так, как нормальное российское ухо в те дремучие годы слушать не умело. Рассказывают, что на гитаре в том монументальном полотне играл чуть ли не Дэвид Гилмор. Публика, конечно, выслушала все это с уважением, но потом стала просить Валерию уйти, поскольку предстояло еще выступление суперпопулярного тогда Богдана Титомира с его модной концепцией «Высокая Энергия». В общем, в России с широко разрекламированным альбомом «The Taiga Symphony» тогда ничего не получилось – страна была не готова к плотной и скромной на мелодику английской музыке. Поэтому продюсер Валерии сделал следующий шаг, и этот шаг оказался гораздо успешнее. Был записан альбом популярных русских романсов, на которые был снят ряд очень красивых клипов. Все это было сделано настолько удивительно хорошо и комплексно, что Валерию стали уважать сразу же и без обсуждения. Уважать да. Но любить – еще нет. Любить Валерию стали после того, как выяснилось, что у нее трое детей, две большие белые собаки и муж-продюсер-автор Александр Шульгин. После альбома «Анна» карьера Валерии как поп-звезды стала развиваться очень стремительно, и очень скоро эта певица стала, пожалуй, самой популярной в стране (после Той, Популярность Которой Не Обсуждается, конечно). Вся эта идиллия разрушилась в один миг. Разрыв Валерии и Шульгина напоминал разрыв старого, напитавшегося нарыва – столько грязи и скандальных подробностей тут же выплеснулось наружу. Мне вовсе не хочется обсуждать подробности семейных взаимоотношений Валерии и Шульгина, тем более, что ни он, ни она не выглядят ангелами. Я совсем не об этом. Валерия исчезла на год. Она уехала с детьми к своим родителям в Аткарск и никак не проявлялась в светской роли. Казалось, такой певицы в России больше нет. Но вот совсем недавно все дружественные продюсерскому центру «АРС» структуры стали наперебой рекламировать «Возвращение Валерии», рассказывать про то, что она впервые выйдет на сцену на церемонии вручения премии Муз-ТВ и исполнит песни со своего нового альбома. Альбома, сделанного без Шульгина. На радио появились ее новые песни. #{vote} Невозможно спорить с тем, что Валерия – великолепная певица. Она красива, у нее узнаваемый, техничный и богатый голос. У нее, в конце концов, образ поруганной женщины-матери, который очень хорошо играет в сострадательной России. У нее новый опытный продюсер – Иосиф Пригожин. У нее есть деньги, заработанные в той, прошлой жизни. Нет у Валерии только одного – Александра Шульгина. Не только талантливого продюсера и пиарщика (мало кто знает, что тот биллборд в надписью «Певица, которую все ждали» был всего один, узнала же о нем вся страна – потому что в правильном месте стоял), но и уникального автора. Можно как угодно относиться в Шульгину как к человеку, но отрицать его мастерство как автора поп-песен невозможно. Практически все, что писал Шульгин для Валерии, становилось хитами. Эта музыка удивительным образом подходила именно к Валерии – ломкой, хрупкой девушке с тонкими чертами лица. Мелодии, тексты, исполнительница – все было связано в один плотный, неразделимый клубок. Теперь этого клубка нет. И какой бы талантливой певицей не была Валерия, главное для любого поп-исполнителя – это материал. И ответ на вопрос: «Вернется Валерия или нет?» зависит только от качества песен, которые она станет исполнять. В любом случае это будет не та Валерия, которую знала и любила Россия – это будет другая Валерия, с другими песнями и, наверняка, с другим образом, поскольку образ строится именно на песнях. Как говорится: подождем – увидим. Интересно, что получится. Хочется пожелать Валерии удачи. Но дрожи предвкушения почему-то не чувствуется.
Маша П. Пишите...
