партнеры
Суббота
4 февраля
Лента новостей
Дни.ру
1
5
4.7
96
info@dni.ru
+7 (495) 530-13-13
ООО «Дни.ру»
235
35
Культура

Внук Калатозова нашел бессмертие

прочитано 17487 раз
Номинант Венецианского фестиваля и победитель множества других творческих соревнований фильм Михаила Калатозова "Дикое поле" наконец-то вышел в прокат. О том, что такое современный экзистенциализм, узнали Дни.Ру, звезды и первые зрители, побывавшие на премьере в московском кинотеатре "Художественный". О чем: Посреди русской дольной степи раскинулось у небольших холмов дикое поле. В самом сердце поля высится небольшой хутор. В нем молодой хорошо сложенный доктор Дмитрий Морозов (Олег Долин) лечит на большом плоском камне людей. Люди к Мите приходят разные. Вооруженный пистолетом конный полковник милиции в кителе на голое тело (Роман Мадянов). Пьющий сын запойного отца (Александр Ильин). Самая красивая на 100 километров кругом казахская девочка. А на холме неподалеку живет Митин ангел-хранитель. Митя живет один. Ездит к соседу-доктору (Юрий Степанов) за лекарствами. И все ждет письма. Что новенького: Режиссер выстроил идеальный мир, в котором нет предубеждений, отчего и уважение может заслужить совсем еще молодой человек, способный лечить людей. Где-то мы это уже видели: Совсем недавно фильм Балабанова о политике и молодом докторе "Морфий" также был представлен зрителям. Фильмы из этой серии: "Прах времен" (режиссер Вонг Кар-Вай), "Баксы" (режиссер Гульшат Омарова), "Лунный папа" (режиссер Бахтиер Худойназаров). Ситуация, заданная в фильме, сродни обстоятельствам, сложившимся в одноактной пьесе Сартра "За закрытыми дверями". Герои, будто запертые в одном пространстве, вынуждены мириться с этим положением и жить дальше – как правило, театральные постановки превращают происходящее в повесть о вечных посмертных мучениях в аду. Несмотря на то, что пространство фильма расширено до неопределенного "поле", оно тем не менее настолько же локально, как и то, где протекают действия драмы Сатра.

Дикое поле в казахской степи давным-давно, еще при Грозном, было пунктом обороны от внешнего врага

Правда, ад это, рай или чистилище, никто из героев не знает, известно только, что смерти в том краю нет. А раз смерти нет, то это условие позволяет сделать предположение о том, что она уже случилась. Неизвестно, кем были герои в жизни и почему оказались именно в дикой степи. Юная девушка навсегда останется невинной. Ушедший в запой на 40 поминальных дней очнется трезвым и невредимым. Доктор изо дня в день будет исцелять тех, кто и так обречен жить – если эту форму существования можно назвать жизнью. Возлюбленная, словно увидев сон, вернется к Мите, чтобы сообщить, что где-то "там" она вышла замуж. А в мире Мити ничего не изменится. Для подобного рода историй в литературе отведено определение - "притча". В них любой персонаж живет вечно, а если и умирает, то просто переходит в иной мир. Но герои картины Калатозишвили говорят о совершенно земных вещах – о Кремле и Боге. Значит, ни Мити, ни полковника – никого уже нет. А месседж создателей на фоне медлительного экзистенциального повествования становится явным, как если бы артисты произносили свои редкие реплики, глядя в объектив и обращаясь к зрителю напрямую. Именно в этой пограничной ситуации – между жизнью и смертью, богом и человеком, молчанием и ярким эмоциональным всплеском, просторным полем и маленькими на нем людьми – выстраивается весь конфликт фильма. Да и само дикое поле в казахской степи давным-давно, еще при Грозном, было пунктом обороны от внешнего врага. Там, вдали от столичной суеты, и по сей день герои картины Михаила Калатозишвили отстреливаются от неприятеля, и никто не помнит, почему. Ирина Рахманова, актриса: Мне очень понравился фильм, я его увидела еще на "Кинотавре". Мне кажется, что он очень хороший. У меня по крайней мере было после фильма долгое вкусовое ощущение чего-то. И как-то меня чуть-чуть поменял этот фильм. Для меня это важно. Евгений, зритель: Хороший фильм – такое кино нужно смотреть одному в большом кинозале, чтобы понять, что там происходит. И потом еще неделю ни с кем не разговаривать и думать, думать, думать.