партнеры
Воскресенье
25 октября
Лента новостей
партнеры
Общество

Москвичей селят на помойке

прочитано 2611 раз

Столичные власти определили зоны купания, которые будут доступны для москвичей ближайшим летом. Это наиболее чистые участки Москвы-реки и подмосковных водоемов. Во многом они определяются расстоянием до двух станций аэрации – Курьяновской и Люберецкой, куда стекают канализационные отходы со всей Москвы. В Москве-реке каждый второй кубометр воды – очищенный сточный. Принято считать станции врагами экологии номер один: они, мол, и воду в реках загрязняют, и землю, и атмосферу, причем больше всего на это жалуются жители окрестных районов. Дни.Ру решили разобраться, насколько станции очистки отравляют москвичам жизнь. Обе станции, Курьяновская и Люберецкая, считаются крупнейшими в мире. Когда их возводили, вокруг была пустошь, но сегодня окрестности вовсю застраиваются жилыми домами. Заселяют в них, как правило, очередников, потому что продавать квартиры в этих местах непросто - из-за целого скопища промышленных предприятий. Рядом с Курьяновской станцией обосновались нефтеперерабатывающий и коксогазовый заводы, рядом с Люберецкой – Рудневский мусоросжигательный завод (он выбрасывает в атмосферу золу с высоким содержанием диоксинов — ядов, вызывающих рак и генные мутации) и завод "Эколог", уничтожающий биологически опасные отходы. Сюда привозят зараженное мясо, например при обнаружении ящура, здесь же сжигают трупы лабораторных, отловленных и усыпленных животных — бродячих, домашних и диких собак и кошек. Причем специализируется "Эколог" на особо опасном классе инфицированности. Он, как и мусоросжигательный завод, относится к объектам высшей (первой) степени экологической опасности. Эти заводы, равно как и станции аэрации, местные жители считают главным источником зловония, от которого не спасают ни стеклопакеты, ни замурованные форточки. #{quote1}"Сооружениям канализации свойственно выделять дурнопахнущие вещества: они могут ощущаться, даже если нет превышения санитарных норм. Да, он раздражает, но вреда здоровью не наносит", - уверяет главный технолог Управления канализации "Мосводоканала" Дмитрий Данилович. Запах для станции и впрямь далеко не главная проблема. Осадок с очистных сооружений транспортируют на полигон. Прежде его вываливали на иловые площадки, откуда забирали как удобрение, но после того как в прессе заговорили, что "удобрения" эти перенасыщены солями тяжелых металлов, опасными не только для почвы и подземных вод, но и для человека, технология была объявлена устаревшей, а иловые площадки чиновники пустили под застройку. На Курьяновских полях вырос район Марьино, а на Люберецких строительство в самом разгаре: 413 га, на которых возведут 5 миллионов квадратных метров жилья, поделены между Москвой и областью. Проектом рекультивации этих земель занимается ОАО "НИиПИ экологии города". По словам сотрудников института, с Люберецких полей предстоит вывезти миллионы кубометров одного только осадка, плюс еще и подстилающие грунты, которые насыщены органикой и являются источниками биогаза. "Тяжелые металлы, если их "перекрыли" чистым грунтом, не представляют опасности. Но если в почве идет процесс газогенерации, то биогаз может накапливаться в подвалах и коммуникациях, а это опасно для жизни, - заявила заместитель генерального директора НИиПИ экологии города Оксана Неглядюк. - Отравления могут быть смертельными. Поэтому если есть вероятность, что газ все-таки накапливается, на санированных участках делается биогазовая защита домов - как в Марьино". "Про тяжелые металлы заговорили, когда земля стала дорожать, - возмущается директор Люберецкой станции Федор Дайнека. – Когда в Марьино начинали строить дома на этих площадках, все было тихо. Я тогда был главным инженером Курьяновской станции. Как только дело встало на поток, пошли подрядчики и запахло большими деньгами – сразу поднялся крик, что осадок вреден, газует, дома взорвутся… Это все надуманно, и никаких проблем этот осадок не создает. Это чисто политический вопрос". Директора станций аэрации больше заботят стоки. По данным экологов, в Москве-реке в районе Люберецкой станции аэрации неуклонно растет концентрация азота и фосфора. "Это тоже вопрос надуманный, - кипятится Дайнека. - У нас на стоке даже угорь живет – а он живет только в чистой воде. И вода эта – чище, чем во всей Москве-реке, где нефтепродуктов в сто раз больше. Да, я согласен, что азот и фосфор надо уменьшать, но сегодня для реки это далеко не самое страшное, и не это – причина ее состояния. Предприятия надо поощрять, чтобы устанавливали у себя очистные сооружения". С этим, к слову, согласны и специалисты Московского центра по гидрометеорологии и мониторингу окружающей среды. Они давно предлагают строить небольшие качественные очистные сооружения при каждом предприятии и населенном пункте вместо больших станций очистки канализационных вод. Поскольку, по данным Центра, именно от недостаточной очистки сточных вод на крупных станциях аэрации происходит наибольшее загрязнение Москвы-реки. "Зеленые" возмущаются – а я что, я работаю на том оборудовании, какое запроектировано, - продолжает Дайнека. - Повышаются требования – значит, надо его усовершенствовать, что мы и делаем, но не в один же день. Знаете, какие нормативы сейчас на сброс очищенных сточных вод? По ним в реку нельзя лить даже водопроводную воду. Требования к Москве-реке - как к рыбохозяйственному водоему, и никто не может этот закон отменить. За рубежом в городах, у которых не хватает денег на хорошую станцию очистки, разрешили строить одну лишь механическую очистку, без биологической, чтоб крупный мусор не плавал хотя бы, и требования на сброс им дали пониже. А в России, пока проект не согласуют по единому стандарту, вы не имеете права начать строительство, и в итоге 20% городов страны не имеют вообще никакой очистки. В подмосковных городах по большей части сооружения есть, но такие древние, что как надо они не работают". Водоканальщики уверены - река, протекающая через центр мегаполиса, не может быть "водотоком рыбохозяйственного назначения", коим она объявлена еще с 50-х годов. Поэтому они идут на уловки – живут по временно согласованным нормативам и каждый год утверждают их заново в природоохранных органах. Их занижение вовсе не значит, что рыба в низовьях Москвы-реки жить не способна. Биологи обнаружили, что любой организм, живущий при повышенной концентрации веществ, способных ему повредить, адаптируется. Но это не означает призыва эту рыбу ловить и есть или же селиться на бывших отстойниках, или купаться в запрещенных местах.

комментарии

Ответить: