Вчера на межрегиональном совещании в Ессентуках по борьбе с преступностью, терроризмом и экстремизмом, президент Владимир Путин официально "дал старт" реформе МВД. Это не торжественный выстрел из стартового пистолета перед заданием "кто быстрее и красивее реформируется". Команда заняться этим делом всерьез прозвучала очень внятно. Тем более, что президент говорил слова, от которых приятно и уютно не было никому.
"Пока не удается обуздать рост преступности. При этом крайне велика доля преступлений против личности. Несмотря на ряд успешных дел, направленных на борьбу с правонарушениями в экономической сфере, криминальное и коррупционное давление на экономику не ослабевает. За рамками регистрации остается не только латентная, но и явная преступность. Все еще в ходу такие старые приемы, как отказ в возбуждении уголовных дел и даже прямая фальсификация статотчетов". Зная характер президента, многие после этих слов незаметно совали под языки валидол. Затем прозвучала фраза, хлесткая, как пощечина: милиция "не должна втягиваться в корпоративные конфликты и споры хозяйствующих субъектов, такое вмешательство деморализует кадровый состав, снижает эффективность работы ведомства". Попросту говоря, это значит: хватит заниматься рэкетом под прикрытием государства.
Но с самим министром президент разговаривал с уважением, и явно выражая ему поддержку. "Резких движений никаких быть не должно, - сказал Владимир Путин. - Вы сами должны подумать и сделать предложения, которые позволили бы улучшить вашу работу". То есть Рашид Нургалиев очевидно направлен президентом в МВД "в служебную командировку", для того, чтобы провести реформу, ему выдан "карт-бланш", и методы реформирования Нургалиев может выбирать по своему усмотрению.
В самом министерстве ждали чего угодно, только не такого эффектного поворота событий. О том, что реформу надо проводить, говорят давно, но того, что это начнется буквально с сегодняшнего дня – не ожидали. Кроме того, ждали "реформы для проформы" - переименования в милиции полицию, переименования и переподчинения структурных подразделений. Но прошлой осенью стало ясно, что этим не ограничится. И громкое дело "оборотней в погонах" тут ни при чем. Для многих высокопоставленных милицейских чиновников неприятности начались еще в прошлом году в связи с переходом на работу в министерство кадровых чекистов: Нургалиева, Ромодановского и ряда других. "Штатский" министр Грызлов отвлекал внимание от тихой и незаметной работы своих замов и специалистов по внутренней безопасности.
Реформа МВД была необходима в связи с переменами в стране – в новом государстве оставалась старая милиция, которая в изменившейся окружающей среде могла только разлагаться и коррумпироваться. Это случилось. И к первой причине, по которой реформы стали неизбежны, прибавилась вторая – люди порой стали бояться "ментов" больше, чем преступников. Переходящие все возможные границы взяточничество, чудовищные пытки задержанных, шантаж, вымогательство - все это реалии современной российской милиции. Такое МВД ведет к падению уровня доверия к власти вообще, и так не высокому, а главное – к падению рейтинга президента. Если две недели назад он был "обречен на избрание", то вскоре превратится в "хромую утку" – и тогда безобразий в МВД оппоненты ему не простят – тем более, что с фактам вымогательства или издевательства со стороны милиции сталкивался в России почти каждый. Так какой же будет реформа – косметической или реально эффективной?
Эксперт: cоветник Председателя исполкома Российской организации сотрудников правоохранительных органов, майор МВД Вадим Мингалев.
Ответ – в кадрах. Назначение Нургалиева на должность министра внутренних дел не было случайным. Это старый оперативник ФСБ, который потом был заместителем Патрушева. Его приход связан с ужесточением порядка в МВД, борьбой с коррупцией, с усилением борьбы с преступлениями против личности и с терроризмом. Это три основные вектора, три главные направления работы. В борьбе с криминалом в России основная нагрузка ляжет на МВД. Реформа – это единственное, что действительно ускорит и улучшит работу милиции. Пойдет подбор высококлассных специалистов. Улучшится финансирование - и вернутся те специалисты, которые раньше ушли. МВД состоит из людей, и конечно, туда нужно привлекать квалифицированных и порядочных, честных специалистов. Реформы делаются для этого, а не для того, чтобы устроить кому-то разнос. Это ведь было бы просто – но что толку? Изменятся не только структурные подразделения, не просто проведут переподчинение (что часто тоже многое значит). Начнется эффективная работа. А так как оперативный работник всегда работает, то "опера" будут внедряться в криминальные группировки не только для предотвращения террористических актов, но и чтобы контролировать преступность для ее профилактики, чтобы не допускать до стадии совершения преступления. Безусловно, огромная часть работы будет направлена на борьбу с коррупцией внутри МВД, но делаться это будет негромко, и не будет пышно и явно светиться в прессе. Такую работу вообще надо делать тихо. Людей, выказывающих коррупционное поведение, будут призывать к порядку – кого-то попросту попросят "добром" покинуть органы, ну а уж если дошло до преступления – будут судить. Это будет делаться, повторюсь, без шума, зато эффективно. Не случайно ведь пришли из ФСБ в милицию Нургалиев и Ромодановский, оба - высококлассные специалисты, а у последнего и исторические корни его фамилии связаны именно с борьбой с коррупцией и предательством внутри государства – этим занимался еще его великий предок при Петре Первом.
