Валентине Леонтьевой в этом году исполнится 80. У нее все те же лучистые голубые глаза, обворожительная улыбка и теплый голос. Она родилась 1 августа 1923 г. в Ленинграде. Пережила блокаду. Работала сандружинницей, окончила оперно-драматическую студию им. Станиславского. В 1954 году пришла на ТВ, была помощником режиссера, потом диктором. Пик славы пришелся на 1970-е. С передачей "От всей души" Леонтьева объехала 54 города России. В 2000 г. стала лауреатом ТЭФИ "За личный вклад в развитие отечественного телевидения". Интервью у знаменитой телеведущей взяла корреспондент "Комсомольской правды". - Валентина Михайловна, вам есть о чем в своей жизни жалеть?
- Я жила и работала на полную катушку, поэтому сейчас ни о чем не жалею. Не люблю сидеть да горевать, вот какая я была молодая и популярная, а теперь старая и забытая. Это жизнь, и, что ни говори, я ею довольна. И потом, что значит старая? Я не чувствую свой возраст, свои 80.
- Ваш характер - какой он?
- По гороскопу я Лев. Львы - они очень добрые. И характер у меня хороший, я ни с кем не ссорилась. Думала, лучше молчать, чем ругаться. Однажды я безумно любила одного человека, даже уже была хозяйкой его дома. И вот как-то мою посуду, и звонит телефон. Мы к аппарату не подходим.
А через полчаса опять звонок, но в дверь. И оттуда женский крик: "Ты почему трубку не поднимаешь?!" Я так и обмерла. Поняла сразу: это ЕГО женщина. Он ей говорит: "Это Валентина Михайловна, она привезла мне из Японии классные рубашки!"
Я почему-то всех своих мужчин одевала-обувала, хотя денег получала мало. "Может, проводишь даму до такси?" - говорит та женщина. Я сажусь в такси и реву страшно! Видно, на роду у меня написано, чтобы меня бросали те, кого я, как сумасшедшая, любила. Даже отец моего единственного ребенка ушел от меня.
- А ваша самая большая любовь?
- Самой большой любовью было телевидение. Хотя никогда не забуду своей первой программы. Нужно было представить зрителям английскую общественницу. Режиссер решил блеснуть перед гостьей и торжественно отсчитывал: "До передачи три минуты. Две минуты".
Я умирала от страха. Когда "осталось – ноль", зрители увидели мое перекошенное от волнения лицо. Через час позвонил председатель Гостелерадио: "Чтобы я ее в эфире не видел!". Но за меня заступилась диктор Ольга Высоцкая. И только потом были "Спокойной ночи...", "Голубой огонек", "От всей души", "В гостях у сказки".
- Сейчас телевизор смотрите?
- Зрение не позволяет, только за новостями слежу, да еще нравятся программы о животных, особенно та, что ведет Коля Дроздов. С какой любовью он всяких паучков разглядывает! Все-таки хорошего человека я когда-то на радио порекомендовала. Жаль, что таких все меньше, а из новых мне почти никто не нравится.
- А чего вы в жизни боялись?
- Теперь уже нечего мне бояться. Ничего мне больше не нужно - только умереть спокойно. Я ведь и блокаду пережила, а такие вещи закаляют. В блокаде погиб отец, а нас, детей, спасли только папиросы "Звездочка" - мать научила их курить, чтобы меньше хотелось есть... Помню, иду я по мосточку через канаву, которую рыли пленные немцы. И немец протягивает ко мне руки с зажигалкой, а губы шепчут: "Мадам, хлеба!"
Таких рук я больше не видела - аристократические пальцы, руки скрипача. И фашиста. Надзиратель мне позволил покормить немца. Я привела его домой, он хватает ложку, трясется, но не ест. Не мог накинуться на еду в присутствии женщины. Я все поняла и только вышла, как быстро-быстро заскребла ложка.
- Вас любили все советские дети...
- И я сама очень любила детей и родила бы троих. А какое счастье было бы иметь внуков! Но Бог дал одного сына. Зато каким он был прелестным мальчиком, а каким длинным! Он сейчас два двадцать, а когда родился, приходилось пеленки сшивать.
- Как вы живете сейчас?
- По дому хлопочу, прибираю, люблю пасьянс разложить. А вот со здоровьем не очень, 2 года назад я упала и повредила позвонок, поэтому из дому не выхожу.
И с глазами плохо, раньше с лупой читала, а теперь вовсе ничего не вижу. Звонят знакомые, только вот на телевидении про меня забыли, хоть я и отдала ему всю жизнь. Даже с днем рождения не поздравили, а я так ждала...
