Кто-то из мудрецов сказал, что счастливым можно назвать то государство, где глава провинции не вполне уверенно знает фамилию премьер-министра. Со вчерашнего дня Россия, как в еврейском анекдоте, "таки имеет это счастье". Фамилию премьера уверенно может назвать, в конечном итоге, только один человек. Но он куда выше по рангу, чем "глава провинции".
"Ярмарка кандидатов в премьеры", как выразился один из наших экспертов, началась давно, и фигуры самого разного масштаба, калибра и фасона старались "засветиться", понимая, что Касьянов свой пост не сохранит, а кабинет сильно перекраивать не станут, и реальной вакансией будет именно пост премьера. Президент и так слишком долго не менял главу администрации, доставшегося ему от Бориса Ельцина, почти до самого конца терпел Касьянова в премьерах, и теперь, похоже, окончательно избавился от всех крупных фигур эпохи "Деда" - первого президента России. Но означает ли это, что "семья" утратила весь ресурc политической власти? Нет. Она осталась некой "играющей" на политическом поле группировкой. Но теперь уже не основной, а только "одной из". Среди кандидатов на пост премьера когда-то рассматривался даже не очень любимый ныне в администрации президента Сергей Глазьев. Но проект, похоже, оказался чересчур смелым. Почти что коммунист (слишком сильные связи внутри КПРФ), когда-то политически самостоятельный и решительный Глазьев к концу зимы продемонстрировал новые качества, среди которых на первом месте - лояльность, относительная, с опущенным взглядом - но лояльность. Показав ее, он потерял привлекательность в глазах тех, кого он раньше привлекал своей независимостью и решительностью. От них не осталось и следа. Кроме того, левый проект, который намечалось создать вокруг Глазьева, приобрел какие-то не очень левые черты, скорее, это блок национально-патриотический. Конечно, державный курс президента в чем-то сходится с национально-патриотическим, но, во-первых, президент не выпячивает национальную составляющую, а во-вторых, не надо забывать, в чем разница между "патриотизмом" и "державностью". Державность - это тот же патриотизм, но только абсолютно и несомненно преданный верховной власти. А в созданном "под Глазьева" блоке "Родина" есть фигуры строптивые, дисциплины внутри блока маловато, споры вокруг бренда не прекращаются, два лидера переругались. Как-то не солидно серьезному человеку ставить такого ненадежного и явно несамостоятельного политика в премьеры. Тем более, что есть немало кандидатов, подтвердивших и лояльность, и квалификацию. Это и Кудрин, и Алешин, и Иванов, и Шувалов, даже Степашин давеча критиковал олигархов, явно стараясь привлечь внимание к своей персоне. Уже прозвучало мнение о том, что Путин "играет на опережение", что он начал игру вокруг правительства раньше срока для того, чтобы подогреть интерес к выборам и для того, чтобы провести в премьеры своего человека до тех пор, пока в процесс не вмешались заинтересованные крупные финансово-политические игроки. Обе версии имеют слабые стороны. Подогреть интерес к выборам можно только в том случае, если кандидатом в премьеры будет назначен человек, имеющий чрезвычайно высокий и устойчивый рейтинг, привлекательный для большинства россиян, чей образ вызывает доверие, ассоциируется со стабильностью и порядком… В общем, такой кандидат только один, но он уже и так занят достаточно! Впрочем, исторический прецедент был, Борис Ельцин в решающий момент экономических реформ возглавлял правительство. Но это был момент уж очень ответственный, опасный. Сейчас такой драмы, как в 1992 году, все же не предвидится. Что же касается заинтересованных сторон, которые могут вмешаться в игру, так они вмешаются в нее немедленно, вернее, уже вмешались и давно. Ведь было понятно, что правительство сменится, и опередить на две недели - это мало что значит. Отставки правительства ждали давно, и каждого кандидата прощупывали и пытались перетянуть на свою сторону или скомпрометировать, ну сами понимаете, интриги, игры и прочее. Проблема президента Путина в том, что политическая борьба ведется в основном одним способом: "борцы" соревнуются в любви к президенту и пачкают друг друга перед его лицом. Теперь весь политический бомонд - это команда Путина. Но противоречия внутри этой "всероссийской сборной" остались. Что же остается президенту в такой ситуации? Выход подсказан пьесой Островского. "Так не доставайся ж ты никому!" - крикнет президент, и отдаст премьерский пост человеку нейтральному, ни к какой группировке не принадлежащему, слишком многим никому не обязанному (пока не назначат премьером). Идеально подходит для этого сегодняшний и.о. Виктор Христенко. Если он сумеет справиться с задачей, проявит достаточно дипломатизма и ловкости - то все игроки-претенденты окажутся в равном положении, слишком обласкан никто не будет, а Христенко станет идеальным модератором ситуации и безусловно "человеком президента", очень многим ему обязанным. Но борьба продолжится, и продолжится не на шутку - жизнь никогда не останавливается на месте. И возможно, президенту действительно придется делать персонифицированный стратегический выбор, имеющий имя, отчество, фамилию и должность "премьер-министр".
Андрей Цунский
