Русским роком хотят манипулировать

Лидер группы "Телевизор" Михаил Борзыкин во главе компании из нескольких питерских рокеров объявил о возрождении Ленинградского рок-клуба. В этом не было бы ничего сенсационного, если бы месседж проекта не оказался сугубо политическим, пишет "Независимая газета". Ведь, следуя высказываниям Борзыкина, несложно понять, что речь идет об оппозиционной акции, а музыка и "возрождение русского рока" здесь ни при чем. Феномен русского рока, проявившийся в 90-е, в том и заключался, что музыка социального протеста, изначально принадлежащая андеграунду, на короткий срок вдруг стала явлением массовой культуры. Лучшие из рокеров того поколения до сих пор собирают стадионы, но это всего лишь эхо перестроечного успеха. Что не может не вводить в заблуждение. Соблазн поднять новую волну популярности русского рока велик, чем, похоже, с удовольствием воспользовались силы, к рок-музыке никакого отношения не имеющие… Ведь есть те, кто умеет воспользоваться мечтой, подменить эстетику идеологией, рок-протест – политической игрой. Да, душа социального рока – в протесте, но он чист лишь до тех пор, пока не связывает себя конкретными идеологическими доктринами и не становится слугой конкретных политиков. Поэтому та рок-музыка, которой отдали себя Шевчук и Борзыкин, – это всегда андеграунд, альтернатива, бескомпромиссность по отношению к шоу-бизнесу, в коммерческих тенетах которого оказалось большинство культовых российских рокеров 90-х. Здесь – закономерность, неминуемый выбор между первыми местами в хит-парадах и независимостью андеграунда.

Любопытно, что как-то Михаил Борзыкин, делясь впечатлениями от встречи с "лимоновцами" из НБП, сказал: "Их идея сама, может быть, и красива – умереть, сгореть, не дожидаться старости, – но в реальной жизни происходит иное: из них готовят пушечное мясо люди, которые научились манипулировать красивыми идеями трагично. И я им честно это сказал". Теперь же Борзыкин сам выступает в роли "заготовщика" пушечного мяса, которым "красиво и трагично" манипулируют. Юрий Шевчук, надо думать, что-то понял для себя, отказавшись под предлогом гастролей участвовать в первомайском марше "несогласных". И, как показал тот же Майдан, музыкой революции оказался не рок, а попса, не "Вопли Видоплясова", а Руслана. Потому что некоммерческая музыка не может быть массовой, а "революционерам" нужно не воспламенять сердца, а зажигать толпу. Что касается русского рока, то он существует и сейчас в том пространстве, которое для него является единственно возможным. Это не отменяет ностальгию по тому удивительному времени, когда бескомпромиссный рок-протест совпал ненадолго с массовым трендом.