О влиянии Владимира Путина на успешность партии и некоторых аспектах его взаимоотношений с "ЕР" в интервью "Политаналитике" размышлял заместитель директора Национального института развития современной идеологии Глеб Кузнецов.
"ЕР" – это не только партия Путина или "непартия Путина", это прежде всего партия власти. Партия, которая несет на себе ответственность за экономическую, за социальную политику, партия, в рядах которой состоят большинство губернаторов, многие крупные чиновники, большинство депутатов парламента. Естественно, эта партия исторически и по факту находится в тесной связи с действующим президентом РФ. Потому что он – вершина властной пирамиды. Так что не стоит сводить деятельность "ЕР" именно к "политическому обслуживанию" первого лица государства. За полтора десятка лет существования партии можно сделать определенный вывод: "ЕР" – это не проект, это серьезная политическая сила, у которой (об этом, кстати, сам Путин говорил на прямой линии) есть определенный набор ценностей. Партия "ЕР" – это партия Путина ровно в той степени, в которой Путин является частью российской власти", – полагает Кузнецов.
"Что касается высказываний экспертов по поводу того, что без участия Путина праймериз правящей партии не оправдывают ожиданий и своего предназначения, – это странное заявление, несколько эксцентричное", – подчеркивает он. "Все равно что быть уверенным в том, что все вопросы и проблемы России решаются, грубо говоря, в пределах Бульварного кольца в Москве, и утверждать, что праймериз где-нибудь в Еврейской автономной области лишены всякого смысла только потому, что Путин лично там не присутствовал и конкретно не высказал свою волю. Подобные утверждения в духе некого "москвацентризма", во-первых, ошибочны, а во-вторых контрпродуктивны", – отмечает эксперт.
"Мы – не Люксембург, не какое-то немецкое княжество XVIII века, границы которого можно обозреть из башен княжеского замка. Огромная страна, в которой живет почти полтораста миллионов человек, сложная политическая система, много уровней власти, масса общественных интересов и интересов коммерческих и так далее, и тому подобное. Утверждать, что все решается в одном каком-то московском кабинете (неважно, путинском или нет), – это стремление выдавать желаемое за действительное, самообман. На самом деле все значительно сложнее, комплекснее, и регионы также влияют на Москву, как столица на регионы", – подчеркивает политолог.
"Если же предметно рассуждать на тему высказываний президента о правящей партии и его участии в конкретной видеоконференции – да, конечно, это проявление поддержки с его стороны. "ЕР" разделяет ценности Путина, Путин разделяет ценности "ЕР". Исторически это партия, созданная по его инициативе для создания опоры в реформах его первых сроков. Да, Путин – президент надпартийный, но утверждать, что он вдруг о "Единой России" забыл и все партии ему равно милы и дороги, было бы неправильно. Исполнительной власти нужна опора в политической системе. И такой опорой может быть только партия. Пока есть власть, будет и партия, на которую власть опирается. Пока существует самая популярная в стране партия, она и будет влиять на власть, делегировать своих членов и сторонников во власть исполнительную. Обычная демократическая процедура", – резюмирует директор Национального института развития современной идеологии.
