В группе с тетками бальзаковского возраста, жировые уплотнения которых иногда банально выпирали в районе желудка или, наоборот, создавали неожиданный натюрморт внизу спины, мое тело послушно училось искусству соблазна. Даже восхищение уроками фитнеса, из обучения которому вытекает спортивная закваска фигур кобылиц-тренерш, осталось в прошлом. Переоценка произошла благодаря авторитету учителя. Иногда на урок приходит интеллигентной внешности парень по имени Степан, и тогда Дима становится волшебником, проводом, по которому идет ток. Языком жестов он выражает свои чувства. Соблазнительный, томный, романтично-фееричный. Наблюдая за этим спектаклем, сталкиваюсь взглядом со Степаном. Он чуть приподнимает широкие плечи, склоняет на бок голову. Жест мной читается как: "А что я могу с этим сделать!?" Догадываюсь, что ничего. Одногруппник – гетеросексуал, врач-педиатр, женат и имеет дочку. Мне становится жаль Диму, хотя жизненный опыт подсказывает, что этого делать не следует. Почему? Постараюсь объяснить. С Джоном я познакомилась на одном из сайтов знакомств. Финансовая нестабильность этого периода жизни держала цепко меня в своих объятиях. "Золотая антилопа" в качестве мужа решала мои проблемы одним махом. Нечего унывать! Искать, верить и все получится! Подхлестывая сама себя этой словесной абракадаброй, нашла в Интернете сайт, заполнила анкету, перекачала фотки и превратилась в местную полноправную наперсточницу. В моем случае выигрышем должен был стать богатый иностранец. Не циклясь на романтике, настроилась, что меня должен интересовать мужчина не с дулей в кармане, а с "дюпоновой" атрибутикой. И он выкристаллизовался, соответствуя моим пожеланиям: 50-летний богач из Техаса. Сфера интересов у него была сосредоточенна на Таиланде, где по его рецептам на его фабриках изготовлялись пищевые добавки. Упоминались дома в разных частях света, а с фотографии смотрел высокий, худой, с удлиненными волосами блондин. Нужда в переводчике, который смог бы еще, по совместительству, учить английскому языку встала передо мной в полный рост. Не откладывая дело в долгий ящик, не затрудняя подруг просьбами порекомендовать мне "кого-то", купила у метро газету "Из рук в руки" и, позвонив по нескольким объявлениям, остановила свой выбор на молодом человеке, который представился Ростиславом. На следующий день он уже переводил и отвечал на письма, а после занимался со мной языком, за 150 рублей в час. Два месяца интенсивных занятий языком, и мне стало удаваться иногда впопад ответить на медленные вопросы Джона. Это было здорово, так как после нашего первого телефонного общения у меня появился комплекс неполноценности. Эллочка-людоедка выглядела профессором на моем фоне. Ее лексикон состоял из 5 слов, а мои ответы были ограничены одним "О’кей", правда, разукрашенным разными интонациями. Джон продолжал звонить, называя меня "darling", и это порождало в моем сердце мечты, от которых сладко щемило внутри.
На этот раз, позвонив, Джон коротко сообщил, что билеты куплены на 1 июля. То есть до его прибытия осталось 10 дней. Путем телефонно-интернетного общения мне была выдана целая куча авансов, подтверждающих серьезность намерений американца. Видимо, момент встречи, судя по накалу, назрел. Ростислав по случаю урока находился рядом, когда из Техаса раздался звонок. Превратившись в связующее звено, он невольно стал поверенным в наших с Джоном делах и отношениях. Это устраивало меня и, как я понимала, не вызывало отторжения у Джона. Ростислав вел себя в этой ситуации не фамильярничая и не пытаясь сблизиться. В общем, производил впечатление порядочного, неглупого, интеллигентного молодого человека. К преподаванию относился добросовестно, требуя от меня прилежания в занятиях. Что же касается его самого, к нашим урокам он приходил вооруженный знаниями до зубов, с тестами по теме и вырезанными карточками. Странное явление для такого типа людей. Дело в том, что я не сразу догадалась, что Ростислав нетрадиционной ориентации. Он не афишировал и не говорил об этом. Подумав, сказала самой себе: "Ну и что? Так даже лучше, приставать не будет. Ходит исправно, берет мало, а к его личной жизни постараюсь близко не подступаться". Время ползло к 1 июля долго, но все же оно наступило. Итак, я и Ростислав в зале прибытия в Шереметьево встречаем Джона. Неожиданно толпа выходивших с багажом пассажиров нахлынула, а затем, откатившись, оставила перед нами его с двумя чемоданами. Американец на удивление безболезненно миновал препоны границы и таможни аэропорта. Принимающая сторона разинула рты, а "заморский гость" вперил жадный взгляд светло-ореховых глаз в ту, из-за которой прилетел. Комплект из сиреневой рубашки с брюками натурального шелка, дополненные ремнем с туфлями крокодильего происхождения, источали экзотическое богатство. Чтоб не ударить лицом в грязь, я решила: чем больше будет видно моего загорелого тела, тем лучше. Платье амазонки в рваных дырках было то, что нужно, если я правильно поняла значение медленно опустившегося кадыка, проталкивающего слюну, и голоса, с придыханием проговорившего: "Hello darling". В Москве Джон планировал пробыть 5 дней, а на 6-й улететь в Таиланд. Программа была продумана и обговорена по телефону с помощью Ростислава. Моя идея, что короткое знакомство с помощью переводчика будет комфортным и результативным, оплачивалась. Откинув вверх моего кабриолета "Пежо" и втиснув чемодан, Джона и Ростислава, я быстро долетела в "Мариотт" на Тверской. Зарегистрировавшись, приняв душ и переодевшись, Джон в не менее экзотичной по цветовой гамме и качеству одежде спустился в вестибюль гостиницы. В пакетах, которые он принес, оказались подарки. Один он с улыбкой протянул Ростиславу. Неожиданно тот покраснел, смутился и прижал к себе сверток. Привстав на цыпочки, я звонко чмокнула, в знак благодарности, щеку техасца, чем разрядила обстановку и сделала то, что, судя по его глазам, очень ему понравилось. Намеченная программа начала набирать обороты. Театры, выставки, экскурсии. На второй день, ужиная в ресторане "Пушкин", Джон, повернувшись к Ростиславу, попросил перевести мне то, о чем будет говорить. С его слов выходило, что путем подбора трав он излечился от рака. Поняв, что его знания могут принести пользу онкологическим больным, он решил организовать производство того, что излечило его. В Америке это было бы не под силу одному, а вот в других странах – возможно. Выбор пал на Таиланд. Безналоговый рай, где он приобрел для себя остров. Джон через стол потянулся к моей руке. Поддавшись вперед, я застыла в ожидании. Губы, которыми он приложился к руке, были сухими. Перевод не понадобился. Мне предлагалось совместно лететь в Таиланд. До конца не разобравшись в нахлынувших эмоциях, резко забрав руку, я неожиданно для самой себя кивнула головой в знак согласия. Американец смотрел на мое замешательство спокойно с оттенком насмешливости, а Ростислав, сидевший напротив, был явно расстроен. После ужина, оставив машину на парковке ресторана, мы втроем отправились проводить Джона в гостиницу. По дороге от него последовало приглашение мне одной подняться к нему. Ответ "нет" очень удивил его. "Why? – спросил он. – Ты же сказала, что полетишь со мной в Таиланд?" "Да, – ответила я, – но мы ведь летим не сегодня?" Я постаралась побыстрее распрощаться с недовольным техасцем и не стала обращать внимание на нахохлившегося переводчика. #{more}Возвратившись на стоянку, откинув вверх "пежошки", медленно двинулась в сторону дома. "Странный человек этот Джон, – потекли мысли, – Зачем ему женщина из России, если он живет в такой стране, где иметь местную жену нет проблемы? По телефону он только и твердил о женитьбе, а сейчас предлагает поехать с ним просто отдыхать в Таиланд. Неужели я похожа на женщину, которая за то, что ее вывезут в какую-то страну, будет с ним спать? Почему ни разу не упомянул об Америке? И что так странно ведет себя Ростислав?" Подъехав к дому, заглушив мотор, я поняла, что завтра возьму билет на самолет и улечу к маме с папой в Одессу. Мутный, непонятный мне иностранец перестал интересовать меня в это мгновение. Утром, позвонив Ростиславу, сказала, что улетаю. Как это ни выглядело странным, но он не казался расстроенным и даже не поинтересовался, в чем дело. Джону я не стала перезванивать. Хоть это и выглядит неправдоподобно, но с Ростиславом меня судьба столкнула еще раз в Лас-Вегасе. Я приехала туда с компанией и с мужем, а он – с раритетной машиной Джона для показа на выставке. Три года назад из Москвы после моего отъезда они улетели в Таиланд вместе. С тех пор неразлучны и счастливы.
