Сенатора подтолкнули к этому шесть смертей за последние полтора месяца в результате безобидных попыток преобразиться и что-то поменять в себе. В ходе расследования выяснилось, что все жертвы красоты умерли вследствие отказа внутренних органов от токсичного воздействия пропофола – одного из самых распространенных в мире препаратов для анестезии. Сейчас партией анестетика-убийцы занимается Росздравназдор, чтобы поставить точку в этой неоднозначной истории.
Казалось бы, какая взаимосвязь между психологическими особенностями клиентов и некачественной продукцией фармацевтической индустрии? Для пластического хирурга Арташеса Айрапетяна этот вопрос остается открытым. "Для чего вводить очередную бюрократическую волокиту, если совершенно очевидно, что психологу, который будет штатным сотрудником частной клиники, невыгодно давать пациентам от ворот поворот и отговаривать от операций, – говорит врач. – Если же экспертиза будет проводиться в психиатрическом диспансере, то обеспеченные клиенты, так или иначе, найдут способы обойти эту систему, чтобы не стоять в общей очереди за справкой. Мы получим искусственное усложнение процесса, и закон ради внесения закона". По мнению специалиста, любой пластический хирург, имея высшее медицинское образование, владеет азами психологии, этого вполне достаточно, чтобы отличить адекватного посетителя от человека с патологией.
Тем не менее, в последнее время увеличилось число людей, страдающих психологической зависимостью от пластики и болезненной тягой постоянно перекраивать себя. Хотя Арташес Айрапетян и уверяет, что любой высококвалифицированный пластический хирург всегда видит грани разумного и не позволит пациенту их перейти, с ним готова поспорить клинический психолог Люция Сулейманова. По мнению эксперта, стремительное развитие сферы эстетических медицинских услуг привело к тому, что пластическая хирургия стала признаком статуса, поэтому практически все медийные лица демонстрируют нам ее результаты. "Глядя на известных людей – политиков, звезд, бизнесменов, моя клиентка с прекрасной фигурой решила уменьшить грудь и увеличить ягодицы. Она надеется, что новая внешность а-ля Ким Кардашьян станет ее пропуском в лучшую жизнь и поможет добиться карьерных высот. И это сегодня считается нормой. Если мы говорим о 80 литрах силикона в груди или 100 пластических операциях за год – это не совсем здоровый эпатаж. В подобных случаях консультация специалиста перед хирургическим вмешательством необходима", – считает психолог.
Слова эксперта отнюдь не фигура речи. 27-летняя немка Пэрис Хермс стала обладательницей самой большой груди в Германии. Она увеличила молочные железы с помощью имплантов, общий объем которых достигает 80 литров. Глобальные расходы в размере 50 000 долларов ничуть не огорчают женщину, ведь она добилась своей цели. В то же время, шведка Пикси Фокс всего за один год перенесла 100 пластических операций, изменив в себе практически все части тела. Охотница за новой внешностью не собирается останавливаться на достигнутом, и уже в ближайшее время планирует с десяток новых операций, чтобы попасть в Книгу рекордов Гиннесса.
Отечественные представительницы прекрасного пола тоже не отстают в своем стремлении преобразиться. Например, Валерия Лукьянова, больше известная, как "живая Барби", шокирует своей искусственно-кукольной внешностью – продуктом долгого и кропотливого труда пластических хирургов. С точки зрения психологии эти ситуации можно отнести, мягко говоря, к нестандартным.
Факты говорят сами за себя, считает Сулейманова. "Потребительский спрос часто связан с экстремальным вмешательством и странными потребностями пациента, – отмечает психолог. – Здесь очень тонкая грань. С одной стороны, решение, удовлетворять ли такие запросы клиентов, зависит от добросовестности пластического хирурга. С другой – права человека никто не отменял. Каждый вправе сам распоряжаться своим телом". Словом, смертельной опасности для человеческой жизни подобные метаморфозы не представляют, разве что могут слегка травмировать психику окружающих.
Гораздо серьезней стоит вопрос качества медицинских услуг, профессионализм и лицензирование пластических хирургов, а также, своевременный контроль над фармацевтическим рынком. Какой сценарий развития событий выберут наши чиновники, время покажет.
