С группой нас познакомил список, по которому мы совместно должны были преодолеть последнее препятствие – выход из пекинского аэропорта. Представители от китайской стороны задерживались. Очнувшись от самолетного забытья, оглядевшись и рассмотрев народ, вывалившийся с нами из самолета, вдруг поняли, что выглядим как белые вороны. Выводы настроения не испортили, а только позабавили. Публика, летевшая сюда "по делам", а не как мы, "фифы" с пустыми чемоданами, была колоритной. Особенно некоторые. Небеса в подборе этой пары явно не участвовали, скорее общий интерес в прибыли с Черкизовского рынка. Я во все глаза рассматривала эту семейку. Глава, мрачного вида блондин со значимым выражением носатого лица, приготовился на выходе быть первым. Всем своим видом он выражал, что если кто-то полезет впереди, пощады от него не будет, а крепкая фигура с опоясывающим поясом-кошельком преграждала путь. Богатый человек был виден в нем издалека по перстню неимоверного размера. Ну а образ Верки Сердючки, видимо, скопировали с его жены. Неожиданно произошло движение, и горохом между русскими пассажирами рассыпались малютки-китаянки. Мой рост – 1 м 56 см. В сравнении с их ростом мои параметры давали мне надежду, что в этой стране я запросто могла бы освоить профессию манекенщицы. А вот и долгожданные представители турфирм. Многие из нашего самолета, видимо, бывали здесь не раз, так как здоровались и называли их на русский лад Светами и Танями. Выгрузив меня и Яну в вестибюле 5-звездочной гостиницы в центре Пекина, Света-Таня оставила визитку фирмы (на тот случай, если нам понадобится помощь, предупредив, что по этим телефонам говорят по-русски) и сказала, что на ресепшене будут знать, когда за нами придет автобус, который отвезет обратно в аэропорт. Началась неделя пекинских каникул. Первое впечатление было ошеломляюще ассоциативным. Нью-йоркский Манхэттен вкупе с небоскребами и сверкающим асфальтом померк в моих глазах. Обычный современный район по сравнению с пекинскими улицами. Второе – это была езда рикш, которые умудрялись мирно сосуществовать с машинами, постовыми и светофорами, пользуясь правилом "мне нужно туда". Третье – это еда. Шашлычки из скорпиона, куколок шелкопряда и саранчи, тухлые яйца порождали любопытство первооткрывателя, но не гурмана. Тем более что наша попытка пообедать в первом попавшемся ресторанчике закончилась поражением. Эмгэушный Яны и мой бытовой английский не помогли нам в общении с официантом. Разъяснить нам, из чего состоят блюда, облюбованные по фото в меню, он не мог – не понимал. В результате заказа я получила креветки, плавающие в свином желеобразном бульоне, а Яне принесли две небольшие тарелки. На одной высилась горка из куриных лап (по виду это были именно те, которые держали избушку на курьих ножках), на другой – горка, сложенная из рыб неведомой породы. Голод подвигнул подругу попробовать эту снедь. Дегустация первого блюда закончилась выпитой бутылкой воды, потому что лапы оказались в перченом маринаде, а после нескольких съеденных рыбёшек появилась (извините великодушно) отрыжка маслом. Свое блюдо я так и не решилась отведать.
Четвертым стали рынки с зазывными уговорами торговцев: "Френда, френда! Лука, лука! Гуда, гуда! Чипа, чипа!" Впечатлили масштабом торга, когда изначально объявленная сумма за товар в 600 юаней опускается до 50, а на сумму 15 долларов куплены две пары хорошего качества кроссовок. И неожиданными открытиями, что не только русские, но и в дорогих украшениях итальянки могут быть подвержены этой заразе – китайским во всех отношениях рынкам. Группа немолодых холеных теток, эмоционально торгуясь с хиляком-хозяином, который был загнан под потолок и сгружал сверху товар, готова была скупить весь магазин сумок – подделок модных дизайнеров. Американская команда баскетболистов, смотревшаяся великанами в стране лилипутов, в полном составе пришла на Силк-маркет покупать чемоданы. Чтобы пробраться к "богатству" жемчужного рынка, нужно было, как в сказке, преодолеть препятствие – рыбные ряды с соответствующим запахом. Набрав в легкие воздух, мы взлетели на четвертый этаж, где расположились магазины. И были полностью за это вознаграждены. Комплект из крупного черного жемчуга для меня, а для Яны кольцо с желтым жемчугом того стоили.
Впечатления от рынков были замечательные, поэтому вместо одного пустого мы увозили по два полных чемодана на каждую из нас.
Заключительным аккордом в нашей культурной программе был музей, известный всему миру благодаря киноленте Бертолуччи "Последний император", Гугун – резиденция китайских императоров.
После экскурсии хотелось одного: попасть в гостиницу, принять душ и попить чай. Неожиданно на выходе к нам приклеилась группа толстых, потных арабов в национальной одежде. Каждый из них норовил сделать на свой фотоаппарат снимок, окружив нас плотным кольцом. На наше счастье, такси с женщиной-водителем появилось вовремя…
Положив ноги на противоположное от себя кресло – на манер американцев – в баре гостиницы, попивая маленькими глотками из крошечной чашечки чай, мы лениво решали, куда пойдем в наш последний вечер пребывания в Пекине. Завтра в 12.00 с вещами надо быть в вестибюле, предупредили на ресепшене, выдавая ключи.
За соседний столик, разговаривая по телефону на китайском, перейдя следом на русский, похохатывая и повторяя, что он ждет к 9 вечера, сел молодой крупный мужчина в очках. Отключив телефон, жестом подозвав официанта, что-то сказал и улыбаясь повернулся в нашу сторону.
"Видимо, вы из Москвы?!" – сказал вопросительно-утвердительно и улыбнулся. Я заметила, что познакомиться в поездке – дело молниеносное, и пока у меня не было случая сказать, что чем-то это заканчивалось плохим.
"Да", – ответила я, так как сидела ближе к нему, чем Яна.
"А Вы?" – бумеранг полетел в его сторону.
"А я – местный абориген. Живу в Китае 16 лет. Слушайте, у меня есть к вам предложение. Приехала замечательная группа из Чикаго. Играют джаз. За моим столиком есть два свободных места… Хотелось вас пригласить… Согласны?" Нас не нужно было долго уговаривать.
Клуб находился в центральной части города. Наверху – ресторан авторской японской кухни, а внизу, в просторном помещении с дощатым полом, деревянными столами и огромной барной стойкой, проходили концерты. Была слышна английская речь, и я приметила высоких и хорошо сложенных китаянок.
Хозяин-итальянец, пожав руку Эдику (так звали нашего нового знакомца), указал в глубину зала на стол, из-за которого навстречу поднялся спортивный, с открытым лицом мужчина. Друг и партнер по перевозкам грузов Эдика Женя прилетел из Владивостока. Оба работали в крупной питерской компании директорами филиалов.
Концерт был выше всех похвал. Это и понятно – состав музыкантов был негритянским. Из клуба Эдик повез нашу компанию показать ночной Пекин, а под утро, сидя в холле гостинице, мы рассказывали анекдоты и пугали обслугу громким хохотом.
Но всему приходит конец. Эдику и Жене пора было на работу, а нам улетать. Обмен телефонами, мейлами, и мы в своем номере. Пора было собираться.
Наша списочно-таможенная процедура повторилась в том же порядке, и мы так же проспали весь полет. Через неделю следом за нами в Москву прилетел Женя, чтобы увидеться с Яной.
Я была этому рада, так как знала со слов его друга, что Женя - достойный человек. Отец-одиночка, который самостоятельно воспитывает 6-летнего сына.
Значит, маршрут нами был выбран правильный.
Нора Филиппова.
Пишите по адресу - nora@dni.ru...
