Материалы для слушаний были подготовлены известной юридической конторой Hughes Fowler Carruthers (HFC), представляющей интересы Темура Ахмедова. Как сообщает The Times, Татьяна Ахмедова намерена "пойти в суд, чтобы обвинить своего сына, родившегося в Британии, в том, что он помогает своему отцу избегать уплаты причитающихся ей "отступных" в рамках крупнейшего бракоразводного процесса".
Поводом для обращения в суд стали материальные претензии, предъявленные к Ахмедову-младшему представителями Burford Capital. Судинвестор, пишет Daily Mail, получил доступ к частной электронной переписке бизнесмена, из которой сделал вывод, что Темур должен разделить финансовую ответственность его отца перед его же матерью.
New milestone in #akhmedov divorce case - Peter Wood @WithersLLP speaks to @TimesLaw on progress of Tatiana Akhmedova's case to enforce record divorce award against her husband. https://t.co/KnSb0DGVOr
— Duncan Miller (@Withers_PR) October 25, 2018
Финансируя бракоразводный процесс со стороны Татьяны Ахмедовой, Burford еще в 2017 году сумел добиться выгодного для себя судебного вердикта, согласно которому Фархад Ахмедов должен выплатить бывшей жене рекордные для Великобритании "отступные" – 453 миллиона фунтов стерлингов. Однако за два с половиной года фонду удалось взыскать с миллиардера не более 1 процента от этой суммы, и видимо, от безысходности "коллекторы" из Burford обратили внимание на активы его ближайших родственников. По сообщениям СМИ, в ответ Темур Ахмедов потребовал полного раскрытия секретных финансовых договоренностей между фондом, Татьяной и фирмой, предоставлявшей истице адвокатов. По ряду признаков можно предположить, что Burford Capital выплатил адвокатам так называемый "гонорара успеха", что в случае семейных споров запрещено британским законодательством.
Темур Ахмедов, до этого момента избегавший публичности, занимается собственным бизнесом, не связанным с какими-либо активами или проектами отца. Он уверен, что попытки посягнуть на его собственность идут не от матери, а именно от фонда Burford Capital. Более того, соглашение между Татьяной Ахмедовой и Burford, говорится в пресс-релизе HFC, составлено таким образом, что его мать вообще никак не может влиять на урегулирование собственной тяжбы, передает издание "Версия". Может создаться впечатление, что материальные претензии Ахмедовой, легшие в основу этого процесса фактически полностью подменены финансовыми интересами судинвестора – для которого, видимо, не существует никаких моральных границ. Как отмечает Daily Mail, Темур поддерживал хорошие отношения с обоими родителями на всем протяжении их судебного спора и никогда не стремился участвовать в этой ожесточенной юридической битве. Судя по всему, втянуть Темура Ахмедова в процесс – исключительная затея Burford Capital, который отчаянно пытается спасти свой бизнес.
Tatiana Akhmedova, wife in biggest divorce, takes son to courthttps://t.co/tph9w6XYW1
— Bob For A Full Brexit (@boblister_poole) January 18, 2020
Фархад Ахмедов, со своей стороны, не раз говорил, что щедро обеспечил свою бывшую жену после развода, передав ей в собственность их некогда общий особняк в Суррее стоимостью более 20 млн фунтов и хранящуюся в нем коллекцию живописи ценой еще в 30 миллионов, передает "Версия". Об этом не раз писали британские СМИ, и это подтверждает Темур Ахмедов, сообщают СМИ.
Лондонский "бракоразводный" процесс Фархада и Татьяны Ахмедовых в СМИ не раз называли абсурдным, поскольку супруги официально развелись еще 15 лет назад в Москве. Однако Burford Capital, кажется, все же решил сделать на этот процесс ставку, причем чрезвычайно высокую. Если бы судинвестору удалось "выбить" из Фархада Ахмедова всю сумму, присужденную судьей Хаддоном Кейвом, то не менее 120 млн фунтов ушли бы в доход фонда как вознаграждение. Пока же процесс оборачивается для Burford одними убытками: инвестировав порядка 15 млн фунтов, компания не вернула практически ни пенса. Более того, предприняв неудачную попытку арестовать яхту, принадлежащую семейному трассовому фонду Фархада Ахмедова, судинвестор "нарвался" на встречный иск. Теперь траст требует у Burford возмещения ущерба, вызванного 13-месячным вынужденным простоем судна, в размере 250 млн фунтов.
К этой неудаче добавилось скандальное расследование "липовой" отчетности Burford Capital, проведенное прошлым летом компанией Muddy Waters – американским биржевым шорт-селлером. По данным экспертов, судебно-инвестиционный фонд, являясь публичной компанией, долгое время обманывал акционеров: искажал данные о возврате инвестиций и завышал финансовые ожидания от финансируемых судебных процессов. Кроме того, утверждается, что конфликт интересов и предпосылки к искажению отчетности были заложены в самой структуре управления фондом, где функции финансового директора (CFO) исполняла жена генерального директора (CEO). Публикация этих сведений и провал с яхтой привели к падению цены акций Burford Capital на 60 (!) процентов.
Теперь же выясняется, что финансирование фондом судебного спора на стороне Ахмедовой, похоже, и вовсе не отвечает английским законам. Как считает юристы HFC, в данном случае нарушено одно из "древних и фундаментальных" правил английского права – о недопустимости так называемого "чамперти". Словом сhamperty британские юристы обозначают незаконное соглашение, в котором лицо, не имевшее ранее интересов в судебном процессе, финансирует его с целью совместного использования спорных активов в случае успеха дела. Таким образом, если в ходе слушаний в Высоком суде выяснится, что Burford Capital взялся финансировать процесс на стороне Татьяны Ахмедовой на условиях получения комиссии из тех средств, которые ей, в случае поражения, передаст бывший супруг, – это и будет стопроцентным доказательством "чамперти".
В документах HFC указывается, что генеральным подрядчиком фонда Burford на этом процессе является юридическая компания PCB Litigation LLP, именно она предоставляет Ахмедовой адвокатов. Заключив договор с этой компанией за 2 года до того, фонд в июне прошлого года перечислил на её счет этой 3 млн фунтов стерлингов (у HFC есть доказательства) – и такая же сумма фигурировала в договоре. Это указывает на то, что Burford, судя по всему, выплатил адвокатам Ахмедовой так называемый "гонорар успеха" – вознаграждение, которое выплачивает выигравшая сторона в случае успешного для неё вердикта. В Великобритании такая "оплата по результату" признана допустимой, но – внимание! – для всех категорий дел, кроме уголовных и семейных, в соответствии со статьей 58А закона о судах и юридических услугах от 2009 года. Получается, что, в случае применения "гонорара успеха", Burford Capital нарушил британское законодательство.
Таким образом, слушания по этому делу рискуют обернуться фатальным прецедентом не только для Burford Capital, но и для всей судебно-инвестиционной практики в семейных спорах, широко распространившейся в Англии в последние годы. На подобных процессах до последнего времени держалась немалая часть бизнеса Burford: достаточно вспомнить недавний бракоразводный спор еще одного российского олигарха, Владимира Потанина, или же громкий развод принцессы Хайи и шейха Мохаммада-аль-Мактума. Сообщается, что своих акционеров фонд при этом постоянно кормит "завтраками", закладывая в публичные отчеты гипотетическую прибыль от еще незавершенных судов, в том числе по бракоразводным делам. И понятно, что в случае, если Высокий суд признает незаконным судебное финансирование в семейных спорах, инвесторы начнут "сбрасывать" бумаги Burford Capital.
Сергей НИКОЛАЕВ.
