Я ехала в такси из массажного салона, красивая, довольная, в колготках с кисочками. Знаете такие колготки, похожие на чулочки? Я была просто чудо как хороша! Я ехала в фитнес-клуб, заниматься! Я готовила ножки и душу к весне! Я напевала веселые мелодии и крутила локон на пальчике. Я была довольна как стадо сытых слонов, хотя весь день послушно ела куриную грудку и брокколи.
– Скоро весна! Я еду заниматься! Буду стройная, красивая, ух! – сказала я больше в окно, чем таксисту.
Просто слова распирали грудь, лезли наружу. Мне хотелось обнимать весь мир, целовать его взасос. Абсолютное, глупое, предвесеннее счастье.
Вдруг с переднего сидения раздался шипящий, недовольный, практически старческий голос:
– Ну, живи, коза, пока живется. Десять лет тебе осталось. А потом уже ни один мужчина тобой не заинтересуется!
– Что же это со мной случится за десять лет? – спрашиваю. В утиль сдадут, что ли?
– Можно и так сказать. Для женщины это срок.
– А сколько вам самому лет, позвольте поинтересоваться?
– 47, а что?
– Черт возьми! По вашим же расчетам, вы уже лет пять, как утиль!
Мужчина обиделся, закряхтел и насупился.
– Для мужчины возраст – не главное! – парировал он. – Мужчину любят за другое.
– За что, позвольте узнать?
– Мужчина зарабатывает!
– Не могу принять ваш аргумент! Только в очень хорошем настроении можно называть зарплату таксиста заработками! – с серьезной физиономией ответила я. – Так за что же вас любить?! Мало того, что пять лет как утиль, по вашим же расчетам, так еще и без денег.
– Я в свое время зарабатывал! Ой, как зарабатывал! Каждый день у меня был в кабаке столик зарезервирован! Столько попил, жаль, уже здоровье не то!
– Жаль! – говорю. – Надо было инвестировать. А то, выходит, ни здоровья у вас не осталось, ни денег.
– За деньги любят только продажные шмары! – легко парировал таксист. – Настоящая женщина зарплатой мужчины не интересуется!
– А чем же ей интересоваться? Возраст у вас уже почтенный, вы его сами в утиль отнесли. Моложе вы не выглядите, вас выдают пузико, морщины, лысина. Здоровье не как в молодости опять же. Денег нет. За что вас полюбить такого?
– Так меня любят! Любят! – яростно кричал таксист. Каждую неделю могу новую снимать! Потому, что я мужик!
– … ты, а не мужик! – впервые в жизни я ругалась матом на живого человека.
Хлопнула дверью и вышла. А мужик уехал, продолжая
возмущаться продажностью баб.
