Сопровождала его жена, в паре с которой он казался уж очень мало значимым. Нет, она не была толстой или крупной женщиной. Также я не заметила в ней тягу к значимости. Было понятно, что русский язык женщина понимала, была мила и с почтением относилась к супругу. Сторговались мы с ними - если учитывать, что они с востока - быстро. Через переводчика им была предложена та сумма, которая устраивала меня, - 2500 долларов. Они кивнули в знак согласия одновременно и сказали, что 1900 и деньги за полгода вперед. По моей просьбе переводчик еще раз повторил сумму, которую просила. Еще раз увидела их одобрительно наклоненные головы, а дальше все повторилось. Мини-спектакль без какой либо импровизации с корейской стороны я просмотрела четырежды. Уступая их упрямству, постепенно снизила цену. Наконец ударили по рукам, и подписание договора назначили через три дня. Уходя, семейство задало мне всего лишь один вопрос о том, когда я смогу съехать? Черт меня дернул блеснуть тактикой разговора моего родного города Одессы. "А когда Вам нужно?" - спросила я. "Через три дня!" - последовал моментальный ответ. Поняв по их напрягшимся лицам важность моего ответа, а также то, что этот срок для них действительно крайний, я пообещала. Подписав договор на два года спустя три дня, я получила от них выплату, а они - ключи от пустой квартиры. Полгода, за которые был внесен задаток, пролетели быстро и, теперь раз в месяц для выплаты квартплаты я встречалась с Джонг-су. К большому стыду, частый контакт не дал мне никаких навыков в том, чтобы свободно различать и узнать этого милого человека среди его соплеменников. Ну не могу разобраться в тонкостях азиатских лиц. Может, в этом СССР виноват, со своей тягой к интернационализму? Проживание квартирантов невольно обогатило мои познания в корейском быте и их кулинарных пристрастий... В этой семье царил культ детей. Старший, лет восьми, мальчик и четырехлетняя девчушка. Корейские дети мне казались настоящими персонажами японских мультиков. Яркость их одежды, игрушек в которые они играли, выглядела мультяшной. А так как фон в Москве почему-то преобладает серый, они казались просто люминесцентными. Жену моего квариранта звали Су. Будучи образцовой домохозяйкой, она прилежно с учителем изучала русский язык. И еще. Для меня ее жесты, позы и интонационные обращения со своим супругом служили неиссякаемым источником для наблюдения, познания и примера. Прошел месяц, и корейцы обратились ко мне с просьбой вывезти спальню. Очень обрадовалась возможности спать на собственной кровати, но трехстворчатый шкаф в паре с "двухспалкой" для моей 8 метровой светелки были чересчур громоздкими - и, в конце концов, зачем им нужно что-то вывозить? Предугадав раздумья, семейство пояснило, что кровать с двумя матрацами для них неудобна, а огромных стенных шкафов в коридоре для их вещей хватит. Я не стала упираться и вывезла мебель в свою небольшую квартирку возле метро "Фрунзенская". Но в истории с вывозом мебели меня продолжало разбирать любопытство - зачем? Когда я попала в квартиру на Арбате по прошествии двух недель, никакой другой кровати я не увидела! Оказалось, что происходило это не из-за того, что у директора крупного представительства не было денег (он, как я понимала, имел не малые материальные возможности), а из-за исторически сложившихся пристрастий в семье. Моя московская квартира, с ее толстенной кирпичной кладкой, деревянным двойным настилом была настолько теплой и уютной, что мои милые постояльцы решили все в традиционном стиле - спать на полу. Что касаемо кухни, вернее еды, то это была "песня" обоняния. Как же я в последствии пожалела, что не установила на своей кухне хорошую мощную вытяжку! Даже такой гигант, как холодильник, устойчивый в технически-психологическом ракурсе, был пропитан запахом, которые источали корейские блюда. Дело в том, что милая Су считалась образцовой кулинаркой. Кимчи, так называются острые блюда из квашеного редиса, капусты, моркови, она собственноручно резала и ставила скисать в пластмассовые судочки. Лучшего места, чем ванна, для остро пахнущего лакомства найти было невозможно. Когда овощ доходил до нужной кондиции, это складывалось в кимчидильник и доставалось оттуда по мере надобности. Запах квашения, острых специй, чеснока, начинался уже на площадке возле лифта. Даже входная металлическая дверь пахла специфическим запахом острых специй. В корейской кухне, есть еще популярное блюдо хве. Сырая рыба, порезанная на мелкие кусочки, подается с соусом, в состав которого входят специи и чеснок. Весь этот набор корейской кухни, с добавлением чесночного запаха, надолго укоренившейся в моей квартире. Так что потом пришлось вызывать химчистку. Но мне, как оказалось, понравилось заниматься сдачей внаем. Вернее, понравились деньги, которые я выручала с этого. Решила попробовать взять кредит под свою квартиру, чтобы объединившись с подругой снять запущенное офисное помещение. Отремонтировали и пересдали это помещение в субаренду. Сейчас у меня строительная фирма, которая занимается ремонтом и сдачей помещений под офисы. Я выплатила кредит и живу в арбатской квартире. Больше мне не придется ее сдавать, хотя считаю, что именно с нее было положено начало моему бизнесу. Главное, не бояться разумно рисковать.



