Сама же постановка – явление необычное для избалованной премьерами театральной Москвы. Все приходящие на спектакль зрители делятся на три группы и получают на входе маски разных цветов. Путешествуя по Дому тремя разными маршрутами, все группы в итоге сходятся в одной точке. Но в момент, когда начинается обсуждение увиденного, выясняют, что каждая из групп видела три разных спектакля. В чем секрет?
Корреспонденты Dni.Ru развели трех актеров "Дома 19|07" Сергея Сорокина, Ольгу Реутову и Андрея Школдыченко по разным комнатам особняка и попросили их ответить на одни и те же вопросы о спектакле.
В обычном театре есть кулисы, за которыми актеры меняют костюмы и настраиваются на выход на сцену. В особняке Поливанова, где проходят показы спектакля в иммерсивном формате Дом 1907, актеры постоянно на виду у зрителей. Как вам удается на протяжении двух часов существовать в образе, находясь лицом к лицу со зрителями?
Сергей Сорокин: В иммерсивном спектакле чаще происходят нестандартные ситуации, на которые актеры должны молниеносно среагировать. Я постоянно продумываю все нюансы жизни, характера, особенности поведения своего героя, чтобы понять, как бы он мог реагировать на ту или иную ситуацию. Конечно, все предусмотреть невозможно, так как реакция на происходящее и поведение зрителей всегда разные, но постоянная работа над образом персонажа очень в этом помогают. Мне, как актеру, такая работа доставляет, возможно, даже больше удовольствия.
Ольга Реутова: У меня день спектакля расписан поминутно. Я люблю прийти в усадьбу раньше всех. Для меня очень важен этот промежуток времени, когда я могу побыть одна, настроиться на спектакль. Сначала, кажется, что еще так много времени до начала, но все знают, что время в этом Доме бежит совершенно по-иному. Обычно я начинаю с распевки, это очень интимный процесс для меня, своеобразный разговор с собой, и уже потом – грим, костюм, реквизит. Как удается существовать в образе? Не знаю... Да и не хочу анализировать! Я прыгаю как в речку, а дальше надо просто плыть!)
Андрей Школдыченко: Лично мне нахождение в непосредственной близости со зрителем помогает. Ведь в театре как? Всегда есть вероятность выйти из образа, если тебя кто-то отвлечет, когда между сценами заходишь за кулисы. Здесь же в течение нескольких часов у нас нет на это права. Сцена в иммерсивном спектакле – весь особняк. И как раз атмосфера Дома помогает существовать в образе на протяжении всего спектакля.
В спектакле есть сцены, когда артисты буквально разговаривают со стоящими рядом зрителями. Происходили ли какие-то курьезы в этот момент? Может быть, кто-то не совсем адекватно реагировал на происходящее?
С.С.: Конечно, курьезы случаются! Иммерсивный формат предполагает, что у зрителей есть определенная свобода перемещения в ходе спектакля. Но в нашем Доме есть несколько не очень просторных комнат, в которых происходят интересные пластические истории. И если зрители распределяются по комнате не очень компактно, то мизансцены приходится менять буквально на ходу. В драматических сценах это не страшно, а вот в пластических – довольно непросто. В этих случаях очень важную роль играет взаимодействие со своим партнером по сцене, понимание с полувзгляда.
О.Р.: Еще в процессе репетиций, я очень переживала за реакцию зрителей в некоторых сценах. Тогда мы могли лишь строить некоторые предположения. Но спектакли с участием гостей расставили все по своим местам. Когда напрямую взаимодействуешь со зрителем, сразу находятся пути разрешения различных ситуаций. И, Слава Богу, к нам приходят адекватные и воспитанные зрители. Я обращаю внимание на их реакцию в различных сценах, и в зависимости от этого выстраиваю свои дальнейшие действия. Выбираю, к кому из зрителей я могу обратиться с вопросом, кого могу вовлечь в свою игру. Очень ценю те моменты, когда я чувствую зрительскую отдачу и вовлеченность в происходящее, потому что для артиста это очень важно.
А.Ш.: Я бы сказал, что зрители больше помогают. К примеру, у меня есть сцена в спектакле, где я пишу письмо. Естественно, в лучших традициях 1907 года, пером. И в самый нужный момент перо ломается. А писать письмо нужно. Такие случаи – своеобразный вызов артисту, ведь нам нужно быстро среагировать на предложенные обстоятельства или на реакцию публики. Благо, в моем случае один добрый зритель предложил мне ручку. Вроде бы все хорошо, но ведь и на такую помощь нужно быстро среагировать, ведь в 1907 году шариковых ручек известного современного бренда не было. Поэтому все курьезы в иммерсивном театре я всегда рассматриваю как возможность для моментальной импровизации, и это очень круто.
История особняка Поливанова полна мистических тайн. Что-то необычное случалось лично с вами в этом доме?
С.С.: Еще в репетиционный период мы проводили в усадьбе съемку для спектакля. Была глубокая ночь. Нас было несколько человек. Сняв очередной кадр, мы отвлеклись, начали шутить, болтать. В это время кто-то обратил внимание на экран фотоаппарата, где был зафиксирован последний кадр с отчетливым перевернутым изображением молодой девушки! Тогда было реально не по себе. С тех пор я продолжаю верить в дух Белой Дамы. Если в Доме что-то теряется, надо попросить ее вернуть, и вещь тут же найдется. Проверено неоднократно.
О.Р.: Не знаю, мистика это или стечение обстоятельств, но параллельно премьере "Дома 19|07" я готовилась к премьере еще одного значимого для меня проекта. И так сложилось, что эти два спектакля выпускались в одни и те же числа. Я очень переживала по этому поводу, но ничего не могла изменить. А потом я вспомнила о призраке женщины, которая, как говорят, обитает в этом Доме. Вы будете смеяться, но от безысходности я обратилась к ней за помощью, потому что для меня было крайне важно отыграть обе премьеры. Не поверите, но буквально на следующий день, все чудесным образом само собой разрешилось. Я не настаиваю на том, что это мистика, возможно, так сложились обстоятельства, но верить нужно. С каждым случается то, во что он верит!
А.Ш.: Этот Дом – одна сплошная мистика и тайна, начиная с планировки (Дом снаружи выглядит одноэтажным, а на самом деле здесь три этажа), и, заканчивая регулярно проявляющимся на наших фотографиях образом девушки. Я провел в особняке достаточно много времени: и во время постановки, и во время проката спектакля, поэтому был уверен, что знаю здесь абсолютно все комнаты, залы и переходы. Но при этом однажды заблудился. Сам не понял, как это произошло, но – факт! Это, действительно, мистический Дом, здесь всегда спиной ощущаешь чье-то присутствие.
В спектакле три сюжетных линии, три разных маршрута, по которым зрители двигаются вместе с артистами. Создать не просто сценарий, а своеобразный квест, выверенный по секундам маршрут для каждой из трех групп – это очень серьезный труд. Расскажите, как создавался сценарий и сам спектакль, и в чем его особенность, отличие от других иммерсивных постановок.
С.С.: Инициатором иммерсивной постановки в усадьбе А.К. Поливанова является Региональный общественный фонд социально-правовой защиты отечественного архитектурного наследия. Именно при участии Фонда проходила реставрация особняка – объекта культурного наследия. А уже после реставрации возник вопрос об его использовании и популяризации. Президентом Фонда Натальей Залюбовской по согласованию с Министерством культуры было принято решение о том, что это будет театрально-зрелищная площадка, а не очередной ресторан или гостиница на базе объекта культурного наследия. Тогда появилась идея постановки иммерсивного спектакля. Когда мы с Агатой Вавиловой (режиссером и сценаристом спектакля. – Прим. автора) работали над идеей, то перебрали десятки классических сюжетов, ведь большинство иммерсивных постановок имеют в своей основе известный литературный источник. Но ни одна история стопроцентно не ложилась…И тогда пришла мысль, что для этого Дома нужно придумать особый, авторский сюжет, исходя из атмосферы и магии именно этого места. Дом оказался лучшим вдохновителем. Сначала появилась идея, что все должно начаться со свадьбы. Именно поэтому сейчас гости, которые покупают билет, получают на почту приглашение на свадьбу. Кстати, для написания текста приглашения мы привлекали каллиграфа-историка. И уже потом, написанный им текст был оцифрован. Когда мы четко поняли, с чего начнем, стали появляться идеи для развития и переплетения сюжетных линий.
О.Р.: Да, в спектакле сложная логистика трех групп, и я до сих пор поражаюсь, насколько все гениально продумано. Надо отдать ребятам должное, потому что создание трех разных маршрутов со своей историей при наличии общего начала и финала – очень сложная задача. В этом и есть отличие нашего проекта от других спектаклей иммерсивного формата: в какой бы группе ты ни оказался – всегда поймешь основной сюжет. А вот герои в каждой маске раскрываются по-разному.
А.Ш.: Я знаю, что распределение маршрутов было одним из самых сложных моментов в подготовке спектакля. И логистика является одним из его неоспоримых достоинств в числе других, как то: авторская история, музыка и сам мистический Дом. Сначала была длительная подготовка, потом – репетиции. Но составить грамотную логистику и все отрепетировать – это одно, а вот то же самое, но уже с работой на зрителя – совсем другое. Есть много факторов, влияющих на то, чтобы все сработало: это слаженная работа всех артистов в определенных сценах, координация передвижения групп по локациям, ну, и непосредственно, зрители, которые пришли в этот день на спектакль. Ведь иногда гости очень шустро передвигаются по Дому, а бывает, что проводникам приходится всех подгонять.
Почему, как вам кажется, иммерсивные шоу сегодня переживают бум?
С.С.: Сегодня театр постоянно ищет новые формы, новые способы привлечения зрителя в залы. По статистике, только один процент москвичей регулярно ходит в театр. Поэтому продюсеры, режиссеры постоянно в поиске. Сейчас очень популярны компьютерные игры, позволяющие человеку стать участником событий, в которых он никогда не примет участие в реальной жизни. А почему бы и театру не дать зрителю такую возможность? Ведь каждый хоть раз в жизни хотел стать героем какой-нибудь книги или фильма. В иммерсивном театре зритель вдруг оказывается внутри спектакля, а не сторонним зрителем. Мне кажется, это именно то, что необходимо современному зрителю. При этом, иммерсивный театр, в отличие от квеста, не требует от зрителя активных действий.
О.Р.: Это интересный формат. Зрителю всегда интересно увидеть чуть больше, чем они видят на сцене, пройти в закулисье, поближе увидеть эмоции актеров, их реакции. А тут они погружены в действо вместе с актерами. Это всегда манит и завораживает.
А.Ш.: В современном мире людям не хватает новых ощущений, эмоций. А иммерсивные спектакли как раз дают зрителю возможность испытать совершенно новые впечатления. Вы можете посмотреть сколько угодно кинофильмов, но только здесь появляется возможность оказаться в другой эпохе, в другом мире, сбежать от реальности, которая остается где-то снаружи.
Дом 1907 назван театральным сериалом. Постановщики уже начали работать над второй серией? Будет ли она сюжетно как-то перекликаться с Домом 1907?
С.С.: Обязательно будет продолжение, и главным героем совершенно новой истории останется Дом. Кстати, совсем скоро мы пригласим зрителей на презентацию новой небольшой, но очень интригующей и магической серии в рамках нынешнего проекта. Ждите новостей!
О.Р.: Могу сказать точно, что у Дома будет новая жизнь и новая история.
А.Ш.: Вторая серия точно будет, и героем новой истории останется Дом.
