СМИ и аналитики сходятся в том, что Россия в последние годы, как ранее в советскую эпоху, активно заходит в африканские страны и выстраивает новые связи на континенте. Это не может не вызывать раздражение у бывших колониальных держав, вроде Франции, привыкших считать Африку своей исконной ресурсной базой, источником дешевой рабочей силы, редких и ценных полезных ископаемых, таких, как бокситы, уран, титан, молибден, золото и т.д. Тем более, что на пятки им наступают США, Турция и Китай.
«В последние годы Москва создает по всей Африке — от Ливии до Нигерии, от Эфиопии до Мали — важнейшие стратегические военные альянсы и приобретает все более благоприятную репутацию в обществе» – пишет CNBC, напоминая о том, что в 2022 году состоится второй саммит «Россия-Африка». Первый саммит прошел в 2019 году в Сочи, и основной тезис, который пытались донести российские высокопоставленные лица до африканских партнеров – Москва строит отношения на взаимовыгодной основе, в отличие от Запада.
Живым доказательством тому, что это не пустые слова, сказанные для протокола, служит пример ЦАР, где российские инструкторы смогли в кратчайшие сроки переобучить местную армию и силы безопасности. Это позволило республике не просто остановить переворот и уничтожить терроризирующие ее вооруженные группировки, но сохранить государственность и восстановить мирную жизнь. Сегодня Центральноафриканская Республика демонстрирует всему миру, что русские могут переломить судьбу целой страны к лучшему, когда кажется, что уже ничего не спасти. И это в то самое время, когда в Сахеле с 2013 года тысячи вооруженных до зубов французов так и не смогли победить пустынных бандитов.
И суда по всему, голос Москвы был услышан. Именно Россию призывали на помощь жители Мали незадолго до переворота и прихода к власти молодого военного Ассими Гойта, и сейчас требуют отказаться от влияния Парижа в пользу российских партнеров.
Именно с российским послом в первую очередь после прихода к власти встретился новый лидер Гвинеи Мамади Думбуйя, который в начале сентября сверг профранцузского президента Конде.
На этом фоне противоречивое поведение президента Франции Эммануэля Макрона выглядит настолько непоследовательно, что демонстрирует то ли его полную политическую растерянность, то ли косвенно подтверждает слухи о его странных пристрастиях к некоторым веществам. На это обращает внимание аналитик Лоу Нел из компании «Африкан Экономикс», слова которого приводит CNBC:
Президент Франции Эммануэль Макрон поддержал переход власти в Чаде к главе временного военного совета, сыну президента Идрисса Деби (Idriss Deby), который погиб в апреле в бою против сил повстанцев. Это было нарушением конституцию страны и привело к антифранцузским протестам и вандализму…Но когда в Мали полковник Ассими Гоита (Assimi Goïta) установил военное правление, Макрон осудил государственный переворот и приостановил военную операцию, проводившуюся совместно с армией Мали. Вспыхнувшие после переворота протесты выражали враждебность и по отношению к Франции, при том, что во время этих протестов можно было заметить российские флаги и плакаты.
Но, конечно, геополитическая конкуренция в регионе разворачивается не только между Россией и Францией. Видя ослабление бывшей метрополии, к лакомым кускам Африки проявляют интерес Турция, Китай и США.
Вашингтон озаботился ростом влияния России еще в 2018 году, когда и началось усиление Штатов на Черном континенте. До 2025 года планируется вложить в укрепление американских военных баз $330 млн, создать новые опорные пункты в 4 странах, а Объединенное командование ВС США в зоне Африки (АФРИКОМ) готовит стратегический план для региона на 20 лет.
Во всей этой истории важнее всего, конечно, официальная позиция Москвы, которая, однако, пока остается неясной. На вопросы о военном присутствии в Мали пресс-секретарь Владимира Путина Дмитрий Песков сперва уклончиво отправил журналистов в Минобороны, а затем и прямо заявил, что российских военных и официальных договоренностей с руководством страны нет. Возможно, он имел в виду тот факт, что упомянутые прессой «вагнеровцы» не относятся к российской армии, но при этом, по данным информированных источников в Минобороны, в Мали есть и официальное представительство российского ведомства, и гражданские специалисты, обучающие местный персонал. В этом нет ничего удивительного, ведь официальное межправительственное соглашение о военном сотрудничестве между Россией и Мали действует аж с 2019 года, а министр обороны Шойгу тогда же заявлял о готовности «способствовать скорейшей нормализации положения» в нестабильном государстве.
Возможно, пришел тот самый момент, который не стоит упускать, когда африканские партнеры прямо говорят о своей заинтересованности в российской помощи, причем в тот момент, когда у порога стоит целый ряд нетерпеливых конкурентов. Одновременно с этим, пресса пишет, что слухи о присутствии «вагнеровцев» в Мали ходят с лета 2021 года. Вероятно, стоит признать, что Россия может быть эффективна в экспорте безопасности не менее, чем в атомном строительстве или других традиционных отраслях. И это новая возможность, от которой не стоит отказываться
