Старшая дочь экс-диктатора Ирака Саддама Хусейна, 37-летняя Рагад Камаль первой объявила о своем намерении баллотироваться на намеченных на следующий год президентских выборах в "освобожденной" стране. У Саддама всего было пятеро детей. Сыновья – Удей и Кусай, погибли в июле прошлого года в перестрелке с американскими солдатами. Дочери – Рагад, Рана и Хала после начала войны вместе с матерью Саидой бежали в Сирию. В июле прошлого года Рагад и Рала переехали в Иорданию, а Хала осталась с матерью в Сирии, пишет "Независимая газета".
Рагад – мать пятерых детей. Самому младшему из них 10 лет, старшему – 20. Все эти годы она жила замкнуто. В прошлом году она дала свои первые интервью CNN и кабельным телеканалам на арабском языке. Теперь она чаще появляется в прессе. В начале этого месяца она дала пространное интервью издающемуся в Лондоне глянцевому женскому журналу "Сайидати". А в конце минувшей недели через интернет-издание "Элаф" известила иракцев, что намерена побороться за президентский пост. Рагад и ее сестра Рана – не только дочери Саддама, но и в какой-то степени его жертвы. В прошлом они были замужем за двумя братьями из влиятельнейшей иракской семьи аль-Маджидов. Рагад – за генералом Хусейном Камалем аль-Маджидом, Рана – за полковником Саддамом Камалем. Оба занимали важные посты в иракской военной промышленности. Летом 1995 года они перебежали в Иорданию и выступили с призывом к свержению Саддама. В начале 1996 года Саддам смог заманить обоих назад в Ирак, гарантировав амнистию и личную безопасность. Однако сразу же после возвращения братьев убили родственники, которые затем доложили диктатору, что "кровью смыли позор с семьи". После этого сестры жили в относительной изоляции. Рана вышла замуж за генерала республиканской гвардии, а Рагад так и осталась вдовой. Со временем их отношения с отцом нормализовались. Если судить по высказываниям Рагад в интервью лондонскому журналу, ныне она делает упор на свою близость к Саддаму. В частности, она сообщила, что через Международный Красный Крест получила от отца письмо, в котором из шести строк американским цензором были вымараны три. Похоже, дочь не готова поддержать версию матери о том, что в руках американцев находится не Саддам, а его двойник. Политических заявлений она не делала. Примечательная деталь: если сразу после своего переезда в Амман Рагад показалась на телеэкране в головном платке и арабском женском платье, то в журнале помещено ее фото в джинсах, черном свитере и с открытой головой. Она намерена улучшить свою внешность и сделать пластическую операцию. Достаточно ли этого для избрания на президентский пост? Пока даже неясно, есть ли у Рагад шансы зарегистрировать свою кандидатуру в Ираке. Ни законов, ни каких-либо других документов, касающихся будущих выборов, там пока нет. Фактор широкой "узнаваемости имени" не всегда обеспечивает успех. Главной опорой власти Саддама был репрессивный аппарат, а личная популярность, если она и существовала, ограничивается родным Тикритом и в какой-то степени "суннитским треугольником" к западу от Багдада. Для начала дочь экс-диктатора хочет обсудить возможность выдвижения своей кандидатуры с послами пяти стран – постоянных членов СБ ООН и представителями арабских государств в Аммане. Однако иорданские власти предоставили убежище Рагад и ее родственникам на условиях их отказа от политической деятельности и теперь могут потребовать ее выезда из страны. В мире есть немало примеров политической деятельности детей и внуков диктаторов или авторитарных деятелей, причем не только в Азии, но и в Европе. Например, внучка Бенито Муссолини Алессандра. Немало случаев прихода во власть детей бывших лидеров, но не тех, к кому так прочно, как к Саддаму, прилип ярлык диктатора. Так что успех Рагад стал бы беспрецедентным.
