Вы уже не в первый раз приезжаете в Москву. Как бы вы могли охарактеризовать наш город?
Москва в частности и Россия в целом – это постоянно меняющееся место, никогда здесь вещи не остаются такими, какими они были – и это прекрасно. Помню, в самый первый раз мы оказались в Москве в 1997 году: ходили в Мавзолей, а потом по ГУМу как по музею – покупателей там не было, только витрины с товарами – никаких дизайнерских марок, ничего такого. Вместо охраны везде стояли солдаты с настоящим оружием… Весьма пугающе. С тех пор, конечно, все кардинально изменилось. Еще одна удивительная вещь насчет России – здесь всегда нас очень сильно любили и поддерживали. Наши российские поклонники – одни из самых преданных и благодарных. Конечно, такое не забывается.
В этот раз вы привезли в Россию новый альбом. Какие сюрпризы готовите для московской публики?
Мы хотим сделать самое настоящее рок-шоу в лучших традициях – не будет каких-то знаменитых гостей или навороченных спецэффектов. Мы не хотим отвлекать внимание публики от музыки, не хотим превращать наш концерт в какой-то мюзикл с постоянной сменой костюмов, света и декораций. Все группы, которых мы любим – Joy Division, Nine Inch Nails, Siouxsie and the Banshees — их выступления всегда были достаточно просты, сосредоточены на музыке, а не на спецэффектах. Этого хотим и мы для концертов Garbage.
Какую свою песню вы считаете самым большим успехом? Не столько в плане популярности у публики, ротации, а именно лично для себя?
Хороший вопрос! Думаю, таких немало, например, Androgyny, Bleed Like Me или Sex Is Not The Enemy – это песни, которыми мы гордимся, которые были посвящены неудачникам, чудикам, людям, о которых часто забывают, на существование которых общество закрывает глаза, людям, которые никогда не были популярными в школе, которые оказались запертыми в собственном теле и так далее… Которые страдают от разных зависимостей, которые нуждаются в поддержке…
Расскажите, в чем секрет создания хита? Что наиболее важно: мотив, текст, вложенные эмоции и энергия, что-то другое?
Зависит от каждой конкретной песни. При этом великая песня может значить что-то очень важное для одного человека, и совсем ничего – для другого. Все зависит от того, как песни воспринимаются слушателями, именно наша публика, ее восприятие, делает наши песни хитами. Секрет великой песни в том, чтобы она стала мостом между ее создателем и фанатом.
За 23 года существования группы Garbage в ней не менялся состав участников. Как вам удалось быть такими верными друг другу и общему делу? Кто в вашем коллективе "босс"?
Определенно в нашем коллективе нет босса и никогда не было. Иногда у нас царит полный хаос, иногда это демократия – как я ее называю, "демократия разбитых сердец". Потому что каждый в нашей группе живет с разбитым сердцем, но и каждый из на проходили через моменты славы и величия. Мы все это делим друг с другом – любую эмоцию, как и музыку – каждая песня создается с равным участием каждого из нашей команды, что большая редкость для музыкальных групп. Мы стараемся уважать друг друга, но это не всегда получается, как в семье – иногда тебе просто хочется на них наорать, расплакаться и убежать. Но мы пытаемся быть по отношению друг к другу добрыми и заботливыми. И по-прежнему любим друг друга, думаю, в этом секрет.
Жизнь музыканта – это постоянные разъезды. Что вам нравится, а что не нравится в "дорожной" жизни?
Недавно мы застряли на дороге в Дании из-за какой-то аварии –образовалась большая пробка, в которой пришлось провести много часов. Пожалуй, это единственный минус. Мне безумно нравится путешествовать – я странник в душе. Не принадлежу какому-то конкретному месту, стране или правительству, я постоянно в поисках приключений, открываю для себя этот мир с каждым новым днем. В этом самое потрясающее – когда ты в туре, то можешь увидеть весь мир, можешь увидеть то, что для большинства людей недоступно. Это самая большая радость в моей жизни. Ведь когда ты живешь в своем крошечном уголке, то видишь все вещи очень ограниченно, боишься чего-то, хотя на самом деле, хотя мы все и разные, но хотим мы, независимо от языка или цвета кожи, одного – любви, мира, радости и счастья для своих детей.
Как думаете, насколько сильно изменила вас мировая известность? Насколько мешает или помогает вам статус звезды в повседневной жизни? Например, оплачивать счета вне очереди?
Конечно, меня постоянно везде узнают – и это самый большой плюс того, что ты играешь в группе. Порой наши фанаты сами немалого добились в жизни – например, недавно мы оказались в ресторане, шеф-повар которого, как выяснилось, большой фанат Garbage. Конечно, нас тут же посадили за самый лучший столик, это прекрасно, не скрою. Но в целом я всегда верила и верю в то, что все мы равны, что все мы заслуживаем равного отношения, независимо от того, известны мы или нет. И, конечно, меня такие ситуации немного коробят, когда я думаю, что из-за меня к другим людям относятся хуже или не так внимательно. Мы ведь стали музыкантами не для того, чтобы обладать властью и не ради славы, не для того, чтобы пользоваться какими-то благами, а сделали это для того, чтобы выступать от имени людей, чтобы создавать песни и исполнять их от имени всех тех, кто сам не может сказать за себя. Сила музыки и искусства – вот что настоящее, а вовсе не слава и лучшие места в ресторане. Музыка может дать людям крылья.
Какая вы дома, вне света софитов?
Ну начнем с того, что будь я дома такая же, как и на сцене, мой муж уже давно бы со мной развелся (смеется)! Но на сцене с годами я все больше и больше становлюсь собой, хотя это сложно, особенно, когда на тебя смотрит так много людей. Но я чувствую, что честна со зрителями, и это самое главное.
