Металлургам навязали пошлины
В период коронакризиса производители металла столкнулись с резким сокращением спроса: остановились стройки и автомобильные заводы по всему миру. Однако металлургический сектор традиционно первым пришел в себя. Уже летом спрос и цены синхронно пошли вверх. Основным драйвером выступил Китай.
С января по декабрь горячекатаная сталь подорожала вдвое – до 700 долларов за тонну, выросли цены на чугун и металлолом, который по итогам 2020 года прибавил в стоимости 35%.
Отечественные металлурги, пережившие черную полосу в середине 2020 года, поспешили воспользоваться возможностью компенсировать потери, когда рыночная конъюнктура улучшилась, и направили основные потоки на экспорт. Тем более, что экономическое положение в стране не позволяло рассчитывать на плановое финансирование инфраструктурных проектов и рост промышленности.
Но спрос пришел откуда не ждали: кредитное стимулирование строительного сектора вызвало резкое увеличение продаж арматуры. Это привело к временной диспропорции на внутреннем рынке и недовольству со стороны застройщиков: почему так дорого?
Решать проблему был призван Минпромторг, который по старинке предложил поднять экспортные пошлины. Так министерство отреагировало на обращение вице-премьера Марата Хуснуллина, к которому за помощью пришли застройщики.
Глава правительства Михаил Мишустин к доводам антимонопольщиков прислушался и 30 декабря 2020 года подписал постановление о внесении изменений в ставки вывозных таможенных пошлин на лом черных металлов и введении сроком на 180 суток смешанной экспортной пошлины в размере 5%, но не менее 45 евро за тонну. А если эксперимент до конца февраля не принесет результатов, пригрозили вовсе запретить экспорт.
9 февраля в своем интервью глава Минпромторга Денис Мантуров заявил, что "мы уже видим, что цена на арматуру пошла вниз, в том числе, как мы считаем, на это повлияло и решение по лому. Введение более жесткого ограничения на вывоз лома будет зависеть от того, как будет складываться конъюнктура". При этом Мантуров отметил, что "что касается ограничений или введения экспортных пошлин на ЖРС (железорудное сырье – Прим. "Ко"), это было бы сегодня точно преждевременным, и не с этого нужно начинать, если мы говорим о регулировании рынка. Вводя экспортные пошлины на ЖРС, мы можем потерять долю на мировом рынке и разбалансировать внутренний. При этом подчеркну, что высокие доходы от экспорта продукции черной металлургии должны сейчас не "складываться в карман", не направляться на выплату дивидендов, а идти на развитие производства".
Опрошенные "Компанией" эксперты полагают, что меры по регулированию экспрорта вряд ли оправданы. Независимый эксперт по металлургии Леонид Хазанов уверен, что возможны два варианта развития событий и оба для отечественного потребителя металлов не радужные. В первом сценарии заготовители лома будут вынуждены переориентировать экспортные потоки на российские металлургические заводы, которые в свою очередь попытаются "прогнуть" поставщиков сырья по ценам. При этом цены на саму арматуру, балку, уголок и другие виды стального проката для отечественных потребителей не упадут, а поднимутся под предлогом того, что бизнесу необходимо выполнять социальные обязательства в условиях потери части валютных доходов от отгрузок на мировой рынок.
Во втором сценарии ломозаготовители могут просто приостановить свою деятельность, что приведет к дефициту лома на внутреннем рынке. Металлургические предприятия будут вынуждены снизить загрузку электросталеплавильных мощностей и увеличить цены на готовую продукцию.
Своевременность искусственных ограничений вызывает вопрос: рынок уже вступил в фазу саморегулирования. Начало февраля показало спад ажиотажа – цены на арматуру за последнюю неделю не менялись, они застыли около отметки $660 за тонну с отгрузкой в черноморских портах. На российском рынке наблюдается снижение спроса, поскольку покупатели заняли выжидательную позицию, надеясь на скорое падение цен.
Опасная игра на внешних рынках
С точки зрения макроэкономического подхода?, введение экспортных пошлин – логичный инструмент для уравновешивания интереса производителей к внешним и внутренним рынкам и, как следствие, для? остановки роста внутренних цен на продукт. Но, как подчеркивают эксперты, есть нюансы: данная модель не учитывает ряд специфических? составляющих рынка металлопродукции.
"Если проанализировать цепочку создания продукта и пойти от самого начала, то здесь можно найти точки сдерживания, начиная от рассмотрения ограничительных мер на экспорт железной руды и заканчивая возможностью временного открытия рынка для украинских поставщиков, – считает доцент кафедры экономической теории РЭУ им. Г. В. Плеханова Олег Чередниченко. – Такого рода точечные инструменты могут быть допустимы, но с учетом того, что резкий рост цен на металлопродукцию на мировых рынках имеет ограниченную несколькими месяцами перспективу". ?
Эксперт призывает не забывать, что краткосрочный прогноз шокового изменения внешней конъюнктуры можно амортизировать временными ручными? мерами, договоренностями с ключевыми производителями продукта. Как это было сделано в октябре-ноябре 2018 года, когда рост цен на топливо за 6 месяцев более чем в 2 раза превзошел уровень годовой инфляции того периода. ?Риски же резких вывозных пошлин в долгосрочной перспективе могут привести к потере внешних рынков.
Послепандемийный рост дал шанс закрепиться на этом экспортном направлении и нарастить долю поставок. Вводя пошлины, Россия, десятилетиями болезненно "слезающая с нефтяной иглы", одним махом может уничтожить источники поступления валюты в страну.
Как замечает аналитик ГК "ФИНАМ" Алексей Калачев, ограничение экспорта противоречит национальной задаче увеличения доли поставок за рубеж продукции перерабатывающих отраслей.
"В 2020 году весь экспорт РФ оценивался в $338,2 млрд. В его составе экспорт черных металлов составлял $16,0 млрд, или около 4,7%. Ограничивая экспорт металлов, мы увеличиваем зависимость от нефтегазового экспорта и уступаем рынки металла конкурентам", – говорит Алексей Калачев.
По словам Леонида Хазанова, российские производители сталкиваются с риском зеркальных инициатив. "Уже сейчас против наших компаний возводятся торговые барьеры и проводятся расследования едва ли не по всему миру. Например, недавно в Канаде российскую арматуру признали опасной для местных производителей – будет совсем не удивительно, если в скором времени для нее установят защитную пошлину", – полагает Леонид Хазанов.
Стальное лобби строителей
Предложенная правительством инициатива объясняется попыткой не просто сдержать цены на металлопродукцию, а убрать составляющие инфляционного роста на рынке жилищного строительства.
"Учитывая масштабы рынка жилья? в стране и возможную цепную реакцию с сопряженным вторичным рынком? и далее —? по цепочке —? вопрос является крайне важным и его доля в части влияния на инфляцию в целом по стране весьма высока. К тому же, вышедшая за 4-процентный? таргет и достигшая значения в 4,91% инфляция 2020 года, заставляет очень внимательно и оперативно реагировать на любой “прорыв” этого вопроса в любом возможном сегменте экономики страны", – подчеркивает Олег Чередниченко.
В качестве аргументов сторонники пошлин приводят данные о том, что с апреля к январю цена на металлическую арматуру подскочила на 70%.
"Они забывают отметить, что апрель – не показатель: в этом месяце из-за режима самоограничений и падения спроса цены как раз стремились вниз, – рассуждает Алексей Калачев. – К тому же, это ведь не первый раз, когда цены на арматуру подскакивают на 30-50%. Такое периодически происходит, но, как правило, ситуация довольно быстро возвращается к норме и без введения пошлин. В стране кроме металлургических гигантов много электрометаллургических заводов, выпускающих арматуру, есть кому отреагировать на рост цен увеличением объемов производства".
Попытка объяснить повышение стоимости квадратных метров в новостройках исключительно жадностью металлургов разбиваются об анализ себестоимости строительства. Рост цен на сталь, конечно, влияет на этот показатель, но незначительно. В зависимости от проекта, этажности и класса жилья, доля арматуры в себестоимости строительства составляет от 3% до 8%.
На столичном рынке, где себестоимость и розничная цена недвижимости различаются в 2-4 раза, повышение "стальных" цен даже неразличимо. При средней стоимости строительства по стране, определенной Росстатом в 66 тысяч рублей, рыночная цена квадратного метра в квартирах Новой Москвы составляла порядка 135 тысяч рублей, а в старой Москве – порядка 240 тысяч рублей.
"Разговоры о том, что из-за арматуры дорожает жилье – скорее, спекуляция, чем реальность. Рост цен на арматуру, допустим на 50%, может отозваться удорожанием строительства всего на 1,5-4%, – резюмирует Алексей Калачев. – Главными факторами роста цен на жилье являются рост объемов ипотечного кредитования и снижение ставок по кредитам".
Глава российского ЦБ Эльвира Набиуллина не раз публично признавала, что бонусы от льготной ипотеки получают не столько граждане, сколько застройщики и банки. Бизнесу, крайне заинтересованному в продлении ипотечной госпограммы, срок действия которой истекает в июле, потребовалось найти виновных в росте цен на недвижимость и их нашли в лице металлургов.
"Шум по поводу роста цен на металлопрокат, и особенно на арматуру, излишне подогревается, поскольку строительный сектор в новом правительстве имеет сильных лоббистов", – подчеркивает Алексей Калачев.
Сомневаться в силе этого лобби не приходится. Достаточно вспомнить, как стремительно стройки выводились из карантина, в то время как менее "массовые" индустрии переживали полный локдаун. Еще одна победа – 21 января на совещании у президента Владимира Путина было принято принципиальное решение распространить действие программы льготной ипотеки до конца 2021 года.
