Одной из первых проститься с актером пришла его давняя подруга – поэт и композитор Елена Суржикова. "Я каждое утро слушаю радио, – рассказала "Дни.ру" Елена Петровна. – И вдруг выпуск новостей прервался срочным сообщением – умер Николай Караченцов. Я так и села. Хотя и ждали, и знали. Я с Людой (Поргина, жена актера. – Прим. ред.) за два дня до этого разговаривала и заплакала, узнав о тяжелом состоянии актера. А она меня утешала: "Лена, пожалуйста, не надо, Коля очень просил не оплакивать его. Нам тоже тяжело, но он строго запретил рыдать на похоронах".
"Коля, понимая, что уходит, объяснил жене: "Люда, ТАМ хорошо, я ТАМ уже был, поэтому не надо слез, умоляю тебя. Я ТАМ тебя буду ждать, и ТАМ мы всегда будем вместе", – продолжает Суржикова. – Но день рождения он все-таки хотел отметить – машин семь или восемь должно было ехать к нему в больницу в Красногорск. Многие уже даже цветы и подарки купили. Коля не дожил всего день..."
Последний раз Суржикова видела Караченцова весной – он с женой приезжал подписать документы. "Сидел, улыбался, пытался шутить, – вспоминает Елена Павловна. – А Люда очень радовалась поездке в Израиль, где Коля как-то воскрес, обрел сил, взбодрился".
Рассказала Суржикова и о том, как два года назад Караченцова награждали золотой медалью "За служение искусству": "Он реагировал на все изумительно, показывал большой палец – мол, класс! – и даже заплакал, когда Ксения Георгиади посвятила ему песню. Коля до последнего дня был в сознании, трезвом уме, все-все понимал. И никогда не высказывал недовольства, даже находясь в таком состоянии, он всех обнимал, всем радовался".
В репертуаре Караченцова было восемь песен, написанных Суржиковой. Первую же – "Я не солгу" – он записал еще в 1996 году. И она стала визитной карточкой актера.
