Есть в
этом ряду и заведения общепита. Почетное место в череде таких легенд занимает Savoy.
Ресторан при одноименном отеле на углу Рождественки и Пушечной заработал еще
накануне Первой мировой войны, и за минувшие сто с лишним лет в его стенах
побывало немало мировых знаменитостей – от Айседоры Дункан, Мэри Пикфорд и Ромена
Роллана до Марадоны, Ричарда Гира и Монсеррат Кабалье. Время от времени он
закрывался на реновацию, но только для того, чтобы обновленным и посвежевшим вновь
радовать гостей.
Очередное возвращение Savoy случилось совсем недавно. Исторические интерьеры, включая знаменитый «врубелевский» фонтан, привели в порядок, восстановили лепнину и росписи, но заменили мебель и перестроили освещение, что только добавило заведению немного нежного флера в духе belle epoque. В итоге получилось тихое, уютное и очень красивое место, что называется, для выхода в свет.
Перезапустили и кухню, отдав ее в руки Максима Ершова, хорошо известного москвичам по работе в Grace bistro. Шеф сосредоточился на русско-французской кухне и сделал довольно консервативное, при этом весьма изысканное меню с акцентом на признанную французскую классику, но с очевидными русскими акцентами.
На закуску здесь предлагают, например, террин из фуа-гра в сопровождении желе из морошки, тартар из тунца и гребешка с вишней и голубикой, а также говяжий тартар с гратеном и черной икрой. Улитки по-бургундски сервируют со сливой и шпинатом, а блины с икрой подают в виде причудливой бабочки.
Отдельного упоминания заслуживает ремесленный хлеб с правильной хрустящей корочкой, плотной и ноздреватой мякотью, к которому подают сливочное масло, взбитое с малосольными огурцами. На поверку эта не самая очевидная, на первый взгляд, гастрономическая комбинация оказывается совершенно завораживающей.
В разделе супов найдется и густой буйабес, и ароматные кислые щи с копченой грудинкой, и насыщенный говяжий консоме с черносливом и хрустящими артишоками.
Та же сложносочиненная гастрономическая палитра представлена и в разделе основных блюд. Томленую говяжью грудинку с деликатными гужерами дополняет луковый соус, прямо отсылающий к традиционному soupe à l'oignon. Палтус в соусе бермонте сопровождается деликатно припущенным фенхелем и тигровыми креветками. Нежно-пряный финиковый соус аккуратно оттеняет сладковатую мякоть каре ягненка. Добротная щучья котлета покоится на подушке в виде ризотто из булгура, риса и киноа. А пельмени из мраморной говядины становятся только лучше в сочетании с соусом из белых грибов.
Раздел десертов совсем небольшой – всего четыре позиции, но каждая, что называется, с историей. «Москва кабацкая» из ванильного баваруа, яблочного пирога, груши и яблочного сорбета с березовым соком сконструирована в виде томика есенинских стихов с выпадающей страничкой, на которой начертаны популярные строки. Те самые, которые известный русский поэт читал здесь сто лет назад.
"Царевна-Лебедь" из макового кекса, лимонного чизкейка и мороженого с иван-чаем оформлена в виде одноименного врубелевского шедевра. Помимо прочего это хорошая возможность напомнить гостям о том, что согласно местным поверьям Врубель лично создал дизайн ресторанного фонтана.
"Медведь" из черемухового медовика, сметанного ганаша и мороженого из малины с молоком представлен восседающим на пеньке в такой позе, которая не оставляет сомнений – мишка только что изрядно покрепился то ли лесной ягодой, то ли свежим медом.
А "Павлова" из меренги, крема шантильи, тартара из ягод и шоколада явлена в виде изящной статуэтки балерины, появляющейся будто бы из миниатюрной шкатулки с вензелем.
Средний счет – 5 тысяч рублей.
