Часть I
Потенциал Березовского-Невзлина – вопрос спорный. Но тема заявлена, и направление движения проолигархических сил обозначено. И сегодня уже не обсуждается, появится ли "русский Гонгадзе". Сегодня обсуждается, кто им будет. Эту роль уже примеряли на гроссмейстера, перелицованного в оппозиционного политика Гарри Каспарова – Дни.Ру писали об этом еще полгода назад, и на сатирика-кандидата в депутаты Виктора Шендеровича. Однако, судя по последним событиям, ключевая роль в попытке переворота в России, - посмертная роль "русского Гонгадзе", - уготована пиарщице Марине Литвинович. Об этом же в своем интернет-дневнике говорит бывший коллега Литвинович по ФЭПу Алексей Чадаев, называя ее и других кандидатов в "жертвы режима" "живыми консервами". "Живые консервы" - это в целом отношение Невзлина-Березовского к людям, на которых они строят свой политический бизнес.Каспаров собирает дивиденды от выбитых зубов Литвинович
Так поступают с индейкой, прежде чем забить ее для рождественского стола. Ее откармливают и содержат в хороших условиях.
В обществе живут рефлекторные стереотипы. Мало того, они умело культивируются. Подними ночью среднестатистического слушателя "Эхо Москвы" и загадай загадку: человек борется с властью, потом его избивают. Кто виноват? Ответ будет оттарабанен, как таблица умножения. А если подумать? Марину Литвинович избили, это факт. Мы уже рассматривали возможные версии произошедшего, но сегодня согласимся на правила игры, предложенные ее коллегами из либерального лагеря: продолжим тему, могла ли Марина пострадать за идею. Каждое действие должно иметь смысл. Какого результата достигли нападавшие? Литвинович заявила, что разочаровалась в Невзлине? Что больше не будет работать против власти? Передумала, изменила взгляды, полюбила Кремль, ушла в монастырь? Напротив, она дает интервью и капитализирует свое имя. Еще бы, она стала столь заметной фигурой, что к ней применяют физические меры воздействия. Она потеряла зубы, но получила пиар. Для публичного человека еще не известно, что важнее. Кто появился в СМИ? Кто получил эфиры? Кто громче всех кричал и собирал политические дивиденды? Объединенный Гражданский фронт (ОГФ) и Гарри Каспаров. Следственные мероприятия еще не начались, а он уже рубит шашкой направо и налево: нападение он нарек "классическим актом политического терроризма" и снискал массу внимания к своей персоне, невиданного со времен шахматных матчей. Кто в плюсе? Каспаров. Чей рейтинг пострадал? Власти. Так кому это выгодно? Надо быть очень преданным потребителем либеральной политинформации, чтобы принять версию, будто власть сама инициировала всю шумиху вокруг нападения, что власть желала дать трибуну Каспарову, что она ценой двух выбитых зубов намеревалась обезоружить Литвинович и что Литвинович действительно чем-то опасна власти. Безусловно, власть, имея огромные ресурсы пользуется ими в конкурентной борьбе с оппозицией. Но, благодаря широте возможностей, это воздействие более эффективно, менее публично и направлено не на физическую, а на экономическую блокаду оппонента. Закрыть "Открытую Россию", применить экономические санкции, задавить бюрократизмом, - это безотказные методы борьбы.
Посмертная роль спускового крючка
Марина Литвинович на самом деле важный элемент информационной обработки населения. Только всю ее важность осознать еще не возможно, потому как Литвинович еще не выполнила свою миссию в кампании Невзлина-Березовского. Что требуется оппозиционерам, напрямую связывающим себя с Западом, чтобы взять власть в России? Для начала дестабилизировать ситуацию, напугать людей, довести ситуацию до абсурда и спровоцировать массовую истерику. В Украине такой сценарий был развернут вокруг, как это ни кощунственно, головы Георгия Гонгадзе. Оппозиционный, яркий и непримиримый журналист открыто боролся с Леонидом Кучмой. Разоблачал, обвинял, угрожал новыми расследованиями. Потом он пропал. Оппозиция мгновенно включилась в игру. От власти гневно требовали ответа: где Гонгадзе, что вы с ним сделали? Обнаружение обезглавленного тела журналиста стало апогеем оппозиционной истерики. Все эти события были центральными в риторике "оранжевых" революционеров, требовавших от майдана "смести убийц и диктаторов" и установить власть "настоящих демократов". Именно ненайденная голова Гонгадзе олицетворяла террор власти и должна была внушить каждому жителю страны страх за себя и близких и вывести их на акции протеста. Расчет, как мы знаем, сработал на все сто процентов. Сегодня Литвинович выглядит как кукловод. Она манипулирует настроениями своей аудитории, она не пропускает самых болезненных и трагичных тем. Она участвует в раскрутке обсуждения "что надо сделать с министром Ивановым, после того как в его армии солдаты Сычеву отрезали ноги". И незаметно пиарщица сама стала объектом пиар- кампании. Теперь не она обсуждает, а ее обсуждают. На какой-то момент за спиной кукловода первого порядка проступил другой кукловод, и пиарщица уже сама стала информационным поводом. Впрочем, ошибочно было бы думать, что акция с избиением Марины Литвинович носит разовый характер и преследует единственную цель – на неделю занять либеральную общественность сочувствием к "пострадавшей от режима". Не стоит недооценивать Леонида Невзлина. Он все-таки, даром что олигарх, - еще и опытный пиарщик.Почему Невзлину нужен свой Гонгадзе?
Дни.Ру уже писали, что для революции в России нужна не только русская "Пора", но и русский Ющенко, и русский Гонгадзе. Тогда эту участь примеряли на Гарри Каспарова. Однако сегодня Каспаров – практически единственная фигура в арсенале Объединенной Олигархической Группировки, известная на Западе, которую не стыдно показать общественности. Поэтому у Гарри Кимовича – дай Бог ему здоровья, - теперь иная миссия: он с высоты своего гроссмейстерства будет бичевать режим и оплакивать того, кто будет иметь несчастье стать символом невзлинского переворота. Эту роль позднее прочили Виктору Шендеровичу. Не знаем, рассматривался ли он всерьез как возможная жертва, но обкатка этой темы проходила накануне довыборов в Госдуму по Университетскому округу столицы. Сатирик, которому сменили вывеску на политика, выдвинувшись в депутаты тут же заявил: ему угрожает администрация президента. Она хочет его убить, потому что он мешает режиму. Якобы об этом его предупредил его старый друг – телевизионный продюсер Александр Левин, которому об "угрозе" стало известно от неназванного источника из той самой администрации. И не важно уже, как сильно удивился Левин, узнав об этом из новостей, но "осадочек" остался: Шендерович под угрозой. Не исключено, что сатирика от участи погибшего символа революции спас только низкий рейтинг. Таких не берут в Гонгадзе. И теперь, кажется, на кастинге "жертв режима" побеждает Марина Литвинович. Писать все это имеет смысл не столько для того, чтобы показать аналитический потенциал редакции Дней.Ру, сколько для того, чтобы высветить эту тему. Там, где светло и много людей, голову не проламывают.За что Марину Литвинович утверждать на роль Гонгадзе?
Во-первых, Литвинович – персонаж реальной политики. Она не играет гламурно-комических ролей Ирины Хакамады, она идет в поля. Она с рупором на митинге, она собирает подписи, она в Беслане. Она идейно борется с режимом. Это уже не война Леонида Невзлина и Бориса Березовского, которые просто оплачивают ее пиар-услуги, это личная война Литвинович – за Беслан, за солдата Сычева, за пожар во Владивостоке и еще много за что. Так Литвинович становится политиком. Леонид Невзлин способствует ребрендингу: "В понедельник вечером в центре Москвы неизвестные преступники напали на правозащитницу Марину Литвинович", - пишет он в своем интернет-дневнике, отрытом по случаю избиения. Теперь всем должно быть понятно. Жертва – не пиарщица, потому как их, по большому счету, в стране не любят. Она – правозащитница. Ставки растут. Во-вторых, Литвинович – женщина, при этом женщина молодая и привлекательная. Женщина – это тоже бренд. Большая часть комментариев в ее интернет-дневнике базируется на заповеди: женщину бить нельзя. Это чудовищно, преступно! Мужчин, конечно, тоже бить нельзя, но мужчин не так жалко. Драка с мужчиной вполне может быть достойной – вспомним, хотя бы, дуэль. Нападение на женщину – беспроигрышный вариант дискредитации морального и физического облика врага. В третьих, Литвинович имеет богатое политическое прошлое. Она начинала в ФЭПе Глеба Павловского, отрабатывала кремлевские проекты в его интернет-департаменте, а позднее перешла в стан оппозиции. Она пиарила СПС на провальных выборах 2003 года, пиарила Шендеровича, пиарила трагедию Беслана и солдата Сычева. Широким массам, конечно, еще не известна она сама, но каждый в этой стране слышал о теме, которую ей было поручено курировать. Как только прозвенит звонок, все вспомнят: "А, так это она…знаем-знаем…да кто ж ее так?" В четвертых, кроме того, что она женщина, она еще и мать маленького мальчика. Это само по себе ярко эмоционально окрашенный фактор. #{more}Пятый пункт, без которого все сказанное выше не имело бы такого надрыва, появился только в этот понедельник. Марина Литвинович пострадала от "кровавого режима". Ей причинили боль, выбили зубы. Это чисто по-человечески отзывается сочувствием у большинства людей. И это капитализирует ее имя, репутация наемника сменяется нимбом борца. До нападения Литвинович была известна ограниченному околополитическому кругу людей, да и то не всему. Теперь она – герой дня, ее рейтинг узнаваемости взлетел. Кстати, именно рефлекторное сочувствие людей Марине Литвинович может стать фатальным для нее. Отследив резонанс, вызванные ее избиением, истинные кукловоды убедятся в ее профпригодности в качестве возможной "жертвы режима". Технология проста. Взять узнаваемый бренд, раскрутить его по своим медиа-ресурсам, рассказать, а лучше прокричать, о паре тревожных звоночков – угрозах и реальном нападении, а потом просто изъять человека. И начать поиски. С громкими обвинениями, с нагнетанием атмосферы, с истерикой. Так поступают с индейкой, прежде чем забить ее для рождественского стола. Ее откармливают и содержат в хороших условиях. Ее капитализируют хорошей едой, чтобы результат не разочаровал. Но исход один – индейка с честью выполнит свое предназначение и станет примой праздничного ужина. Только вряд ли она подозревает об этом, когда ест с рук фермеров. И вот уже сама Литвинович пишет в своем интернет-дневнике: "В последнее время я уже совсем не "политтехнолог". Я уже давно и во многих делах действую самостоятельно". Наживка захвачена, ребрендинг идет полным ходом.Моральные барьеры Невзлина
В этом блоке нам написать нечего. Всем, кто задается вопросом, неужели беглый олигарх может убить свою пиарщицу, предлагаем вспомнить, как он организовал покушение на другую свою пиарщицу – Ольгу Костину. То, что она выжила – не его заслуга. Просто киллеры не справились с заданием. За покушение уже сидит шеф службы безопасности ЮКОСа Пичугин, а самого Невзлина разыскивают за целый ряд удавшихся и неудавшихся убийств. Так что грань "первой крови" им перейдена уже давно. Конец первой части. Продолжение читайте на следующей неделе в материалах "План захвата Кремля" и "Технология политического ужаса". Материал подготовила Елена Калашникова.Пишите по адресу - kalashnikova@dni.ru...
