Дни.Ру продолжают рубрику, посвященную современной русской литературе. Сегодня мы публикуем интервью с талантливым писателем Валерием Айрапетяном, чей сборник "В свободном падении" в этом году попал в короткий список премии "Нацбест-начало".
Насколько я знаю, вы, как Чехов и Булгаков, – медик по образованию. Неужели у медиков врожденные способности к литературе? Почему врачи так часто становятся писателями?
Можно было бы сказать, что, мол, да, – лицезрение пограничных состояний, смерти, рождения, человеческих страданий, – сподвигло многих врачей к писательству. Но, полагаю, что дело тут в другом. Возможно, существует некий схожий психотип личности, – личности сопереживающей, очарованной смертью, ранимой, впечатлительной, с каким-то трагическим изломом в сознании. Из неугасающего внутреннего конфликта появляются вопросы, требующие разрешения, порой немедленного. Познание природы человека и оказание ему помощи – этим занимаются как медицина, так и литература. Ко всему прочему, медицина дает четкое ощущение скоротечности жизни, ее хрупкости, случайности, и, тем не менее, какой-то довлеющей над всем закономерности, не говоря уже о богатейшем материале. Что-то вроде этого.
Что побудило вас заняться литературой? После прочтения романа "Мартин Иден" в 14-летнем возрасте, начал регулярно вести дневник. А в 25, сильно отравившись, лежа неделю в постели, так заскучал, что написал рассказ.
Какие авторы сильнее всего повлияли на ваш литературный стиль? Не знаю. Очень ценю прозу Пушкина, Лермонтова, Толстого, Чехова, Бабеля, Олеши, Шукшина, Лондона, Буковски и еще нескольких десятков мастеров. Наверное, все повлияли, но кто именно, ответить затрудняюсь.
Вы не публиковались в известных издательских холдингах. Чем это вызвано? Почему вы сотрудничаете с "ИЛ-music"? Известные издательства заточены в основном под издание романов, а если и выпускают сборники рассказов, то тех авторов, кто сделал себе имя на романах. Я привык работать с короткой формой – в жанре рассказа и повести, хотя, признаться, последние пару лет и вовсе ничего не пишу. Ну, вот, ребята из "ИЛ– music" предложили выпустить книжку, и я согласился. За что им большое спасибо.
Судя по данным Российской книжной палаты, количество публикуемых в России книг с каждым годом сокращается. Как вы думаете: россияне действительно стали меньше читать? У молодежи пропал интерес к литературе? Сложный вопрос. Россия большая и разная. Если последние 20 лет твердили, что Маринина, Донцова, Акунин и Минаев – это современная литература, то ожидать всплеска читательского интереса к хорошим книгам не приходится. Хотя, вот – Пелевина и Сорокина читали и читают, уже и неплохо. К тому же у нас страна писателей: последняя перепись населения выявила 150 000 писателей. Столько человек отметилось "писателями" в графе "профессия". Какой творческий взрыв происходит, вы только подумайте, а литературы, послушаешь экспертов, все нет и нет.
Вы не думаете, что в российской литературе произошел некий тектонический разлом: "старые" писатели собираются вокруг литературных журналов, издательства работают только с уже известными писателями (причем не самыми лучшими), а молодым литераторам приходиться прокладывать дорогу через "партизанские" издательства и самиздат. Есть ли между этими группами конфронтация? Нет, такой конфронтации я не замечал. Ну, одни писатели не любят других писателей, это было всегда. Но войны "кодла на кодлу" я не встречал. Есть политические конфронтации в стиле – либерал/патриот, а старый/раскрученный/маргинал, – нет, не наблюдал этих битв.
Не так давно вашу книгу включили в короткий список номинации "Нацбест-начало". Какие чувства вы испытали, узнав об этом? Вы не считаете, что значение литературных премий в России упало? Я не испытал особенных чувств по этому поводу. Благодарен тем членам жюри, кто за меня проголосовал. А вот после Нацбеста – погуляли хорошо, вот по этому поводу я испытал чувства. Хорошо погуляли. В наше время значение "Нобеля" тоже слишком упало. Что ж поделаешь, такое время. Все падает, и только цены растут.
Не так давно в нашей стране приняли закон, обязывающий ставить возрастные ограничения на книги. Следом последовал закон, запрещающий мат в театральных постановках. Как вы оцениваете эти законодательные инициативы? Что это – проявление цензуры или попытка общества защититься от "аморальльщины"? Полагаю, это такая имитация полезной деятельности со стороны наших доблестных думщиков. Матерная брань вполне оправдана в литературе, если автор пользуется ею умело, минимально и в прямой речи героев для выражения экспрессии, когда другие средства невозможны. Ну, вот, дерутся два гопника по сюжету, всем ведь понятно, что они не именуют друг дружку в этот момент "негодяем", "лицемером" и "проходимцем". А целлофановая обертка и ценз 18+ только увеличат интерес к книге. Что тоже неплохо.
Вы можете назвать самых талантливых, по вашему мнению, молодых российских писателей, чьи книги стоит прочитать? Молодой – это до сорока лет у нас считается? Тогда вот: Вадим Левенталь, Сергей Шаргунов, Евгений Алехин, Кирилл Рябов, Ильдар Абузяров, Зоран Питич, Арслан Хасавов, Александр Снегирев, Дмитрий Филиппов, Алиса Ганиева, Сергей Самсонов, Ксения Букша, Анна Старобинец и много других. Все авторы разные, но, уверен, читатель найдет среди названных "своего писателя".
В Италии бытует традиция: первое место в списке самых продаваемых авторов всегда отдается Данте Алигьери и его "Божественной комедии". А если бы в России существовала такая традиция, то какая книга была бы достойна первого места? Лев Николаевич Толстой, "Анна Каренина". Причем не только в российском списке, но и в мировом.
Что бы вы посоветовали начинающему писателю? Любить жизнь, изживать из себя ложь и мелочность, читать книги, стараться не быть подлецом и писать, если есть такое желание.
