Оппозиционерам Борису Немцову и Гарри Каспарову надоело отстаивать 31 статью Конституции. Если раньше либералы и правозащитники всячески заигрывали с непримиримым Эдуардом Лимоновым, чтобы вписаться в его популярную "Стратегию-31", то теперь Лимонов остался в одиночестве, с небольшой группой своих сторонников.
31 января состоялся очередной митинг "Стратегии-31". На Триумфальную площадь вышло порядка 100 человек. Ни либералы, ни правозащитники так и не пришли на площадь поддержать оппозиционные лозунги своего коллеги.
Поскольку митинг был, как всегда, несанкционированным, полиция задержала несколько десятков самых буйных его участников. Был задержан и сам Эдуард Лимонов.
Но не задержанием, а предательством Лимонова недавними соратниками отмечена эта акция "несогласных". Еще недавно либералы всячески льстили харизматичному уличному лидеру, искали его расположения и сотрудничества. Лимонов служил виагрой для вялых оппозиционных митингов и маршей. Без агрессивных лимоновцев, готовых устроить драку с ОМОНом и потом отсидеть в обезьяннике, ни одна из акций несистемной оппозиции не привлекала бы к себе внимания общественности.
Теперь же Немцову и Каспарову нет выгоды заигрывать с Лимоновым. Немцов и Каспаров теперь выходят не на Триумфальную, а на Болотную и Сахарова. У них появился шанс заявить о себе громче, чем при участии в "Стратегии-31". На этом основании "Стратегия" и Лимонов были тут же забыты и вычеркнуты из распорядка дня либералов-оппозиционеров. А заодно была забыта и сама идея борьбы за 31 статью Конституции. Напомним, что статья эта гарантирует свободу собраний граждан, будь то митинги, демонстрации, шествия или пикетирования.
"Болотным" либералам теперь ни к чему бороться за свободу собраний – они договорились с властями и получили законное право митинговать и шествовать. Так было на митинге на Болотной площади, на проспекте Сахарова, так будет и 4 февраля. Тот факт, что другие оппозиционеры не были так обласканы властью, Немцова, Каспарова и примкнувших к ним правозащитников совершенно не беспокоит. Главное, что они добились своей личной цели. А Лимонов, которого либералы всегда были готовы идейно обокрасть, остался один.
