Условия содержания Виктора Бута в тюрьме Нью-Йорка заметно ухудшились после обвинительного вердикта. Между тем сам россиянин признается, что не верит в перспективу пересмотра и обжалования своего дела в США.
Как сообщил вице-консул России в Нью-Йорке Александр Отчайнов, "на сегодняшний консульский визит бизнесмена привели в кандалах, двух наручниках и сопровождении трех охранников". "Он по-прежнему содержится в одиночной камере, с ним запрещены любые контакты, охраняют Бута специально обученные офицеры, которые не могут с ним разговаривать", – цитирует дипломата ИТАР-ТАСС.
Теперь, сообщил Отчайнов, россиянин считается "особо опасным заключенным". В этой связи он не бывает на воздухе, не выходит из камеры на прогулки. По словам вице-консула, Бут продолжает заниматься спортом: бегает по камере не менее двух часов в день, делает упражнения. Ему разрешено пользоваться англоязычной литературой, однако право на один звонок в месяц зачастую не соблюдается по причине "сломанного телефона или отсутствия необходимого сопровождающего персонала".
Говоря о психологическом состоянии бизнесмена, дипломат заметил, что "Виктор Бут держится стойко, готов бороться и очень рассчитывает на поддержку России". Кроме того, Отчайнов сообщил, что "вердикт для бизнесмена не стал неожиданным". Адвокаты бизнесмена намерены подать апелляцию на обвинительное решение присяжных до 2 декабря.
Однако сам россиянин Виктор Бут не верит в перспективу непредвзятого рассмотрения своего дела новым составом жюри в случае удовлетворения апелляции. "Я не верю в то, что новое жюри присяжных примет решение в мою пользу. Слишком страшные это обвинения для американского обывателя, слишком много сил и ресурсов потратили гособвинители. Меня экстрадировали в США не для оправданий", – передала Алла Бут слова своего мужа после свидания, которое длилось немногим более часа.
"Я не виновен и держался на суде, следуя своим принципам достоинства. Я не собирался вставать на колени и каяться в преступлениях, которые я не совершал и не мог совершить. Судили не меня, а негативный образ, созданный мне американскими СМИ за десять лет. Я надеялся, что найдутся неангажированные присяжные, которые будут судить по фактам, а не по моему виду, – заявил Бут. – Единственное, на что я надеюсь теперь, – это на добрую волю моей страны, моего правительства и моего народа".
