Учитель отправил актеров в Чечню

На российские экраны вышел фильм "Пленный" оскаровского номинанта Алексея Учителя, чьи фильмы частенько показывают в школах на уроках по литературе и истории. О том, чему на этот раз научит зрителя Алексей Ефимович, рассказывают Дни.Ру, побывавшие на премьере картины в кинотеатре "Октябрь". О чем: Кавказ. Чеченская война. Сержант по прозвищу Рубаха (Вячеслав Крикунов) и стрелок Вовка (Петр Логачев) только что вернулись в свой штаб, чтобы передохнуть и попросить у начальника помощи: надо выручить колонну своих ребят, застрявшую неподалеку от вражеских войск. Однако им отказывают, и ребята, взяв в качестве платы очень красивого пленного чеченского юношу, самостоятельно отправляются через горы. Парень необычайно молод и молчалив, но дружелюбное поведение Рубахи располагает юношу. Теперь трое попутчиков почти стали союзниками... Пока война не начала вновь диктовать свои правила. Что новенького: Алексей Учитель открыл новых артистов – в частности, учащегося Дальневосточной госакадемии искусств Вячеслава Крикунова, уже приглашенного в новые проекты. Где-то мы это уже видели: Про судьбы плененных солдат можно прочесть и у Пушкина, и у Толстого. Фильмы из этой серии: "Кавказский пленник" Сергея Бодрова, "Война" Алексея Балабанова. #{video}

Владимир Маканин написал рассказ "Кавказский пленный" в 1998 году, в 71 год, однако его взгляды на жизнь и актуальные проблемы ничуть не менее острые, чем у его молодого коллеги, соавтора сценария Тимофея Декина, полагает Алексей Учитель. Режиссер картины утверждает, что подобная история могла бы случиться в любое время и в любую войну – совсем недавно ему поступило предложение от американского продюсера снять аналогичный фильм про Ирак. При очевидной справедливости этой мысли нельзя говорить, что картина не имеет привязок к русской действительности. В противном случае персонажи не несли бы ничего, кроме шаржевых характеристик, не имели бы индивидуальных черт, сколько-нибудь отличающих их от схематичных безликих зарисовок, которыми обычно являются герои фильмов про войну. Отчасти потому, что Вячеслав Крикунов и Петр Логачев - артисты, прежде ни разу не игравшие даже в сериальных эпизодах, и достигается эта цель. Сдержанный, отстраненный по сценарию, Рубаха вышел у Крикунова слегка романтичным, ремарковским: он просто, без блеска в глазах и нервной тряски в кистях рук, предлагает чужому косноязычному мальчику вязаные носки. Вовка, бравирующий перед любовницей своими невероятно важными делами, звонко сообщает о том, что скоро ему, быть может, придется умереть, и кажется, что сквозь банный полумрак видно, как светится от едва скрываемой гордости молодое лицо Петра Логачева. Что касается чеченского юноши, то его ясный лик представлен в картине частями: зритель урывками ухватывает чернеющий взгляд, а короткий взмах вороных волос, словно грива дикого коня, изредка мелькает в кадре крупным планом. Этот персонаж будто бы специально остается нераскрытым: Учитель дает понять, что игра ведется на русской территории, и образ пленного выходит смазанным, но ярким, словно врубелевский "Демон". Имени героя Ираклия Мсхалаиа – единственного непрофессионального артиста – мы тоже не узнаем. Услышим только, как девушка кричит ему вдогонку: "Джамал, джамал!" Что означает "красивый" – и эта лаконичность наиболее четко его характеризует. Прямых посылов и дидактики не доискаться в картине Алексея Учителя так же, как и не рассмотреть Джамала: русские не однозначно хорошие, чеченцы не однозначно плохие - и наоборот. По обе стороны баррикад воины ведут себя хамовато и распоряжаются "трофеями" так, как заблагорассудится. Не поспей Рубаха и Вовка вовремя на "раздачу" пленных, вестимо, несдобровать их будущему попутчику: читалось во взгляде их командира что-то бесчестное. А "нашим" в кавказском штабе доводилось испытать то же, что проделывали немцы во Вторую мировую – игры в "добеги, если сможешь" на военной арене действий ничем, кроме расстрела, не оборачивались. Именно поэтому своеобразное путешествие солдат до колонны – это сюжет о взаимоотношениях тонкого свойства, совершенно личных, почти интимных – настолько, что некоторые критики осмеливались навязать им оттенок необычной дружбы ковбоев в "Горбатой горе". Эти три персонажа являют собой прочный треугольник, разомкнуть который может лишь животный, забытый в мирные часы, но всегда защищающий страх героев за собственную жизнь. Избежать его не удается ни храброму Рубахе, ни дерзкому пленному, ни даже зрителю, напряженно вжимающемуся в кресло.