О ЧЕМ
Курс СССР – продолжение покорения космоса. На этот раз на кону воплощение прямо-таки фантастических планов: выход человека в звездное пространство. Выход этот нам нужно во что бы то ни стало совершить раньше американцев, поэтому сверхдержава идет на риск и решает вместо запланированного 1967 года дать старт космическому кораблю "Восход-2"(который нужно экстренно построить) в марте 1965-го. Потенциальными национальными героями (так и хочется добавить – мечтателями и авантюристами) выбраны 30-летний Алексей Леонов (Евгений Миронов) и опытный военный летчик Павел Беляев (Константин Хабенский). Первый рвется к звездам, потому что с детства знал, что такое космос как предчувствие и вместе с земным притяжением ощущал зов и силу небесных тел. Второй летит, потому что "Родина сказала", он уже повидал жизнь, нюхнул пороху на Великой Отечественной войне и настроен совсем не романтично.
Летчики, понятное дело, лишь вершина айсберга, ядро и движущая сила которого – Сергей Королев (блестяще воплощенный на экране Владимиром Ильиным) и советская власть (и лично Брежнев) с генералами, которые ради выполнения национальной миссии готовы пачками пускать бойцов хоть в пекло, хоть в космос – только бы доказать миру свою мощь. Бросая вызов самим себе, США и космосу, лучшие из лучших днями и ночами конструируют корабль, а будущие космонавты тренируются. Но с самого начала что-то пошло не так…
ГДЕ МЫ ЭТО УЖЕ ВИДЕЛИ
С учетом популярности космической тематики в России (а как иначе – внятную конкуренцию космосу может составить только балет, о чем, кстати, иронично намекают в ленте в самый ответственный момент) за прошедший год мы, кажется, увидели и узнали о нашей великой роли в его освоении все. "Королев" Юрия Кары, "Гагарин. Первый в космосе" Олега Капанца – кстати, во всех трех лентах (с учетом премьерной) интересно проследить за образом Сергея Королева, по-разному преподнесенному режиссерами, раскрытого с разных сторон (как профессионала, как человека), но везде вызывающем только восхищение масштабом личности.
Тут же вспомним о "Скрытых фигурах" – свежей, еще пропитанной безвоздушным (не)бытием картиной о полете Джонна Гленна работе NASA, программную "Гравитацию" (кажется, ее призрак отныне поселился во всех картинах галактической тематики, но сцены в открытом космосе можно пересматривать бесконечно, вне зависимости от декодирования реминисценций. И здесь наша 3D-графика выглядит более чем достойно). В общем-то, даже в не самом удачном космическом триллере "Живое" (тоже свежем) человека (капитана корабля исследователей Екатерину Головкину) красиво выпустили в красивый космос и отдали дань героизму космонавтов, рискующих ради миссии.
ЧТО НОВОГО
Когда в российском кино речь заходит о таких фундаментальных для страны вещах, глупо мелочиться и преуменьшать значимость и мощь как отдельных героев, так и державы в целом. Эпопеи жалуют и писатели, и киношники, и читатели, и зрители – это наше все. Другой вопрос, что создателям "Времени первых" удалось передать оттенки души каждой значимой в этой истории фигуры – в случае с главными героями это получилось тонко.
Королев, который был сердцем, совестью и связующим звеном между властью и конструкторами, а если вдуматься, то и между землей и небом, однозначно герой. Но герой, сценарно и актерски вырисованный без пафоса и фанфар. Это живой человек с обостренным чувством долга – не столько перед государственной машиной, сколько перед теми, кого он отправляет в чужеродное и опасное пространство. Великий конструктор здесь – справедливый и мудрый отец, если хотите – проводник бога на земле. В этой роли "отца" он выступает как по отношению к Леонову и Беляеву, так и по отношению к вверенной ему задаче – и побеждает, идя на поводу у сердца, а не холодного разума, думающего о "приказе Родины", победе в холодной войне, национальном престиже, а не о двух болтающихся в космосе песчинках с планеты Земля.
Мечтатель Леонов – классический национальный герой. Не знающий страха, с детства прикоснувшийся к звездной бездне, прошедший тяготы военного времени. Его программный монолог об этом выдает и идеологически правильного, и душевно закаленного человека и гражданина – словом, того, в ком это все органично слилось: в космос он летит в первую очередь, конечно, из-за тонкой душевной организации (он ведь еще и художник, на борту корабля создающий картины, потому что "Третьяковка ждет"). Он примерный семьянин, надежный друг и человек искренней веры в великое дело – наверное, о национальных героях и не нужно знать ничего больше. Кажется, что это такой сверхчеловек, всюду правильный и глянцевый, не теряющий лицо и намерение жить ни на секунду. Что ж, вполне возможно, так оно и есть.
Беляев, напротив, меланхоличен. Стреляный воробей, он знает, что стоит за обложкой подвигов: понимает и политическую подоплеку и то, что от звания пушечного мяса до героя – дуновение ветра. Хабенский, которому диалектика души персонажей дается удивительно честно, выбран на эту роль без кастинга. Этот выбор – одна из главных удач фильма, и тем грустнее, что за экран выброшена сюжетная линия его детства и семьи. Если о Леонове зритель знает многое, то Беляев становится чуть ли не героем второго плана. Ореол недосказанности и даже как будто мрачности так идет образу, но все же пилоту, который вручную посадил "Восток-2", почетное второе место отведено незаслуженно. Что тогда говорить о женщинах! – видимо, решили создатели.
И, нарядив обладающих недюжинной актерской и человеческой харизмой Александру Урсуляк и Елену Панову в канонические платья 60-х и лишивших их персонажей даже реплик, на том и успокоились. Женам, по традиции, отведена роль молчаливых хранительниц очага, матерей и молчащих кукол с тревогой за мужа в глазах.
Картина о космосе пронизана земным стержнем – как скафандр выпорхнувшего к звездам Леонова с кораблем, порождением рук человеческих, связывает фал, так и фильм нет-нет, да и вернет нас с мыслей о высокой цели и большой мечте к людскому малодушию, неумению мыслить широко, некоему солдафонству и желанию видеть только протокол. К вот этому необъяснимому желанию доказать, кто тут главный, ценой человеческих жизней. Королев произносит свой программный монолог вслед за Леоновым: "Мы такой народ, который всю жизнь летает в кандалах, а представьте, что будет, если с нас их снять? Так взлетим, что разобьемся".
Мудрость, кочующая со времен древнерусской литературы, из уст конструктора звучит убедительно, но считать ее идеей фильма – значит обмануться и поспешить. Кандалы помогают вскрыть ресурсы иной природы. Эти ресурсы позволяют действовать во внештатных ситуациях не по инструкции, даже вопреки здравому смыслу, помогают побеждать страх смерти (и саму ее) душевными откровениями и юмором и в конце концов являются мерилом личности. Кандалы – это тиски, убивающие мечту.
У Леонова их нет, и он переполнен жаждой сначала преодолеть земную природу, а потом вернуться домой живым ("а кто дочку в школу поведет?"), и поэтому именно он становится номером один в паре героев. Беляев, возможно, был таким же горячим и восторженным, пока война (которая велась скорее в коридорах, чем на поле боя) не обрезала ему крылья и не сделала скептиком. Но он находит в себе силы избавиться от них, сажая корабль.
Королев знал самые тесные кандалы советской системы и, несмотря ни на что дважды познакомил человека и космос. Выверенный, взвешенный, пропорциональный по долям черного и белого, земного и небесного фильм и сам балансирует в сердце зрителя – гордость за подвиг охватывает от и до, но когда эйфория сходит, важно, какая мысль всплывает первой: о том, что цель оправдывает средства или о том, что все-таки нет?
